Добравшись до края зоны крушения, он оглянулся. «Орион» возвышался позади, как мёртвый исполин, окружённый своим кладбищем из металла и песка. Скалистые выступы, изрезанные трещинами, уходили вниз, в темноту, где свет солнца уже не доставал. Пиперы мелькали вокруг, их неоновые плавники мигали, как звёзды, но даже их дурацкая безобидность не снимала ощущения, что за каждым углом прячется что-то с зубами. Он сглотнул, горло пересохло, несмотря на сырость костюма, и направился к базе, повторяя про себя: «Дойти, Саша, просто дойти. Эллиан ждёт, и этот чёртов жнец где-то там, в глубине».
Когда он ввалился через шлюз, Эллиан уже стояла у стола, готовая встретить его взглядом, полным тревоги и упрямства. Пропульсионная пушка лежала перед ней — почти собранная, только провода торчали из корпуса, как неряшливые швы. Рядом — огнетушитель, сколоченный из обломков и титановых деталей, блестел свежей сваркой. Она подняла голову, её лицо всё ещё было бледным, но в глазах горело что-то живое, несмотря на страх, что всё ещё цеплялся за неё после их встречи с Левиафаном.
— Ну что, герой? — голос её дрожал, но она старалась держать тон ровным, как будто это был обычный день, а не утро после кошмара. — Нашёл свой реактор? Или опять чуть не стал закуской для местной живности?
— Без пушки и огнетушителя туда не сунуться, — выдохнул он, стягивая маску и швыряя её на пол, где она загремела, как пустая банка. Пот стекал по вискам, оставляя солёные дорожки, и он вытер лицо рукавом, чувствуя, как ноги подрагивают. — Завалы в коридорах, огонь тлеет, кровопускатели шныряют, как мухи на помойке. Нашёл код для Грузового отсека — 6483. Но Левиафан… я его не видел, Эль, но чувствовал. Он где-то рядом, как тень за спиной.
Эллиан сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя красные следы. Она всё ещё не отошла от их утреннего ужаса — это было видно по тому, как она вздрагивала от каждого шороха за стенами базы, как её взгляд метался к иллюминатору.
— Эта тварь… — начала она, но голос сорвался, и она сглотнула, пытаясь взять себя в руки. — Я до сих пор слышу, как он рычал, Саша. Как мой «Мотылёк» трещал под его рогами. Я думала, это конец — вода, темнота, и эта пасть… А ты опять туда лезешь, как будто тебе жить надоело!
— У нас нет выбора, Эль, — он опустился на ящик рядом, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё ещё гудело от адреналина. — Радиация расползается, как зараза. Если не починим реактор, «Звёздный Ветер» нас даже не найдёт — мы будем плавать тут дохлые, как те кости в коридорах. Надо вернуться. Вместе.
Она посмотрела на него долго, молча, её зелёные глаза блестели, как будто она пыталась найти в его словах хоть каплю здравого смысла. Потом кивнула, руки всё ещё дрожали, но она взялась за пушку, затягивая последние болты с упрямством, которое он уже успел зауважать.
— Ладно, — буркнула она, голос был хриплым, но твёрдым. — Но если этот левиафан опять полезет, я его огнетушителем зашибу. Или тебя, если снова решишь один геройствовать.
Александр невесело усмехнулся, чувствуя, как страх всё ещё скребётся где-то на краю сознания, как тот ползун в обломках. Они собрали снаряжение — пропульсионную пушку, огнетушитель, ремонтный инструмент — и снова шагнули к шлюзу. Вода встретила их холодом, пробирающим до костей, но теперь они были готовы. Или хотя бы притворялись, что готовы.
Обратный путь к «Ориону» прошёл без сюрпризов — песчаные акулы кружили на расстоянии, но не лезли, а Грызёры, похоже, ушли глубже, занятые своими делами. Зона крушения встретила их всё тем же мрачным видом — песок, обломки, тени, от которых по коже шли мурашки. Они подплыли к «бухте», держась ближе к обшивке. Александр взял огнетушитель, сжимая его так, что пальцы побелели, а Эллиан держала пушку, её взгляд метался по сторонам, выискивая любую угрозу.
Внутри коридора они сразу наткнулись на завал. Эллиан направила пушку на груду ящиков и обломков — с глухим хлопком луч энергии подхватил мусор, отшвырнув его в сторону, как пёрышко. Путь открылся, но из-за угла донёсся шорох — пещерные ползуны. Две твари выскочили из тени, их клешни клацнули в воде, как ножницы. Александр махнул огнетушителем, выпустив струю пены — ползуны отпрянули, шипя, как рассерженные кошки, и скрылись в темноте.
— Мерзость какая, — сплюнула Эллиан, её голос дрожал от отвращения. — Они жрали людей, Саша. Кости повсюду, я чуть не блеванула в маску.