к нему. – Я сделаю всё, чтобы его оправдать! – Он покровительственно кивнул. – Мой брат погиб, защищая народ! Вечная память тебе, Витай! Я посвящаю победы ему! Толпа не сразу осознала, что речь закончилась, и лишь, когда Тина отошла в сторонку, взревела с новой силой. А после Рем отпустил ловцов отдыхать. Скоро наступит вечер, и начнётся запланированный праздник. Вино будет литься рекой, по приказу Ларо на пляже уже возводились шатры. В зале стало пусто, за исключением Тима, искренне поздравившего Тину с победой, и Яна, не сводившего взгляда с Главы. – Ну, спасибо тебе, друг! – желваки проступили на лице, ярость нашла отражение в глазах. – После всего, что мы пережили вместе, ты взял и пошёл против меня! – тряс он кулаком в воздухе, задирая рукав, и обнажая шрамы от содранных локтей. Рем тяжело вздохнул, явно не ожидая истерики. Тина фыркнула и резво протопала мимо своего мужчины, громко хлопнув дверью. Он подошёл к другу, скрестившему на груди руки. Вне всяких сомнений, сейчас Ян был крайне уязвим. – Слушай, я не мог поступить иначе. Ты и сам это знаешь. Она лучшая, – рассудительно начал он. – Знаю! Но она моя! Ты учёл это?! Нет! Должность дубликата опасна! Сколько раз за арн ты находился в опасности?! – брызгал Ян слюной, подавился и зашёлся в кашле. Привстав на ближайшем стуле, Рем похлопал его по плечу, – Прости, дружище. Я рассудил по существу, только и всего. – Успокоившись, разработчик поборол приступ, и стал дышать носом. Тим тихонько сидел на сцене, свесив ноги, с интересом наблюдая драматичную сцену. – Черт. Она меня точно теперь не простит…, – мычал Ян, походя на нашкодившего мальчишку. – Придётся постараться, дылда! – неожиданно подколол его Тим, и друзья с облегчением рассмеялись. Он спешил домой, но как только ступил на порог, в голове зазвучал голос любимой: «Захвати по пути фрукты, родной». Рем скрипнул зубами и развернулся, направляясь в сторону пищевой базы. По пути перебирал в мыслях претензии, накопившиеся к Мари. Она, наверняка, целый день провалялась в постели, и ничего не ела. Беспечность раздражала его больше всего. Ребёнок нуждался в микроэлементах, а ленивая мать не могла сдвинуться с места. Остановившись, зарычал от бессилия. «Ну, ничего. Скоро у меня будет больше времени, и она станет питаться нормально». Он пробежался по базе, и захватил несколько боксов, включая ингредиенты для жаркое, которое собирался приготовить для своей лентяйки. Выходя из хранилища, захлопнул дверь, задержавшись взглядом на сенсорной панели. В памяти всплыл тот день, когда они прятались здесь от тварей. Мир рухнул, границы смылись волной, и он впервые посмотрел на Мари, как на женщину. Рем мечтательно улыбнулся. Казалось, прошла целая вечность, полная переживаний и радостей, на насыщенность бытия ему жаловаться не приходилось. Мари вновь объявилась, поторапливая, и он сетовал на доставку. Распределители временно прекратили её осуществлять, база подвергалась глобальной реорганизации. С наплывом гостей – ловцов со всех уголков Земли пришлось расширить хранилища, и зону изготовления тоже. Банально не хватало рук. Глава запросил помощи у уборщиков, но получил категорический отказ, работы им тоже хватало. Ну, а стражей, как и ловцов, запретил использовать правитель. Нарушать установленный уклад было не в его стиле. Рем ступал по улочкам, пыхтя от веса коробок. Ту, что с фруктами положил на самый верх, зная, что Мари захочет открыть ее первым делом. Музыка лилась отовсюду, динамики встроили даже в тротуары. У кромки пляжа топталось уйма народу, радостные вскрики и улюлюкание разносились по всей столице. Свернул к дому. Услышав хлопок двери, любимая настигла его, обнимая. Рем нежно посмотрел на округлившуюся и потяжелевшую женщину, которую любил больше жизни. Она прочитала мысли и расцвела, становясь ещё краше, выхватила нужную коробку и умчалась обратно. Усталость дня навалилась на плечи, и он рухнул на диван, лицом к Амине, потягивавшей из бокала Бордо. Он знал это наверняка. Всему изобилию спиртного на свете подруга предпочитала именно его. Мари распечатала коробку и уже уплетала ананас. – Ребёнку нужен белок, а не трава, – бурчал Рем, вызывая у Амины улыбку. – Отдохну минутку, и приготовлю настоящую еду. Как ты? – откинулся на спинку, неприятные ощущения переместились с плеч в поясницу, поморщился. – Отлично. Вот зашла вас проведать, – ехидно сверкала она глазами. – А Шай? – включилась с набитым ртом в разговор Мари, и, прищурившись, проглотила кусок. Не сводя с Амины взгляда, она неожиданно завизжала. Рем схватился за сердце, бьющие через край эмоции сводили его с ума. – Серьезно?! Поздравляю! Ой! Вы такие…, – захлюпала она носом, отворачиваясь. Он непонимающе хмурился. А что ещё ему оставалось делать? За прошедшие морны девушки сильно сдружились. Разлюбив его, подруга с головой окунулась в неуклюжий омут Шая, а посему опасности в глазах Мари не представляла. Оказалось, что у них много общего, включая взгляды на жизнь и желание обрести семью. Присутствие в доме Амины стало обязательным ритуалом возвращения со службы. Поначалу он был бесконечно этому рад, потом привык, а сейчас в этом было не больше смысла, чем в девчачьих посиделках. – Как это произошло? – пропела любимая, поглаживая живот, малыш часто пинался. Рем придвинулся и прислонил ладонь, ощущая прыжки с переворотами. – Волшебно, – выдохнула Амина. – Мы гуляли по пляжу, и он встал на колено. Я сразу поняла и растерялась, но сердце подсказало ответ. – Мари уложила голову ему на плечо, потянулась, и до боли сжала пальцы. Он встал, освобождаясь из объятий, и молча отправился в кухню. Освободив продукты из боксов, разложил в четкой последовательности. Готовка успокаивала нервы, оголенные новостью подруги. Рем злился, но не только, что-то притаилось на сердце. «Ревность?», – подумал он, закладывая мясо в глубокую кастрюлю с зеркальной поверхностью, и помотал головой. Шай не стал ему близким другом, но он испытывал к нему уважение. Целитель был добрым, чутким и внимательным до мелочей. Неуклюжий, но и эта черта со временем стала вызывать исключительно положительные эмоции. На днях тот хотел серьезно поговорить, но домашние заботы отбросили разговор на потом. Рем догадался, каков был предмет, и почему кудрявый трясся и потел больше обычного. «Лучше бы он дождался», – угрюмо бухтел под нос, одаривая рагу специями. Технологии в кулинарии развились и достигали наивысшего уровня. А всё благодаря Магнусам. Если подумать, маленькие люди также совершали открытия, но они сопровождались негативными последствиями. Поэтому все касты до сих пор возглавляли первые, за небольшим исключением. Дверь хлопнула, и голоса в гостиной размножились. По тембру и скорости он распознал мать. Ларо неизменно находился при ней. Амина осторожно заглянула на кухню. – Эй! Помочь? – Он молчал, плотно сжав губы, щемящее чувство вернулось. Она подошла к столу, и остановила его руку, шинковавшую салат. – Что происходит? – Рем взглянул на подругу, обеспокоенную его поведением, и дернулся, глубоко порезав палец. Он залил кровью салат, стол и полы, пока она бегала за кейсом с медикаментами. Порошок обеззаразил, а игла в умелых руках сделала всё остальное. Амина орудовала ей точно и быстро, сказывались годы практики. Закончив, она вздохнула, утирая со лба пот. – Мари бы расстроилась…Что с тобой? – Ты не можешь выйти за Шая, – вырвалось у него изо рта, и она округлила глаза. Он возненавидел себя за болтливый язык. – Я думала, он тебе нравится, – хмурилась. – Шай хороший. Это правда. Если бы у меня нашлось время с ним на разговор, я сумел бы отговорить. Черт, – взлохматил отросшие волосы. Теперь он заглаживал их на бок, и они переливались на свету, чёрные, словно ночь. – Амина, – выдохнул её имя, – ты уверена? По-моему, вы оба торопитесь. – Сказал человек, у которого скоро будет ребёнок! – раздражалась она, сжав в кулаки руки. – Вот именно, – вкрадчиво произнёс, понижая голос, и намекая, что привлекать внимание не нужно. Подруга обернулась, проверяя степень уединения. – Возможно, ты просто гонишься за нами. – А ты просто ревнуешь, – огрызнулась она. – Чушь! – рявкнул Рем, убавляя плиту с максимума на средний режим, скользнув здоровым пальцем по яркой панели. Амина вспылила, круто развернулась, спешно покинула комнату, и, судя по звуку, дом тоже. А он, упираясь в стол руками, повесил нос. Ида и Ларо отправились домой после ужина. Он расслабился, радуясь, что нескончаемые вопросы матери закончились. Правитель заводил разговоры только по существу. Вот и сегодня его интересовала встреча и итог. Рем нарадоваться не мог лаконичности будущего тестя. Усталость и стресс брали свое, и в спальню он поднялся на ватных ногах. Мари лежала на боку, обнимая живот, и сопела. Он прижался к любимой теснее, и накрыл её руку своей, точнее ту часть, что смог обхватить. Щетина слегка царапала плечико, и она поежилась во сне. Опасаясь разбудить, он отвернулся. Мысли вернулись к Амине, возмущение нарастало. «Как она не понимает, что спешит?! Фатум навсегда! Даже Ида не торопиться с этим!» Действительно, мать дважды отметала попытки Ларо её окольцевать. Он разнервничался и на цыпочках скользнул вниз. А там до крыльца оказалось рукой подать. Ночь была спокойная, тишина прерывалась лишь отдаленными голосами, расходившихся с праздника ловцов по дом