— Дай угадаю, — незнакомка двигалась плавно, грациозно, немного пугающе, от чего Август застыл на месте, пока та обходила его вокруг. — Октябрина? — вопрос прозвучал полушёпотом прямо на ухо, после чего девушка рассмеялась.
Парню шутка не пришлась по вкусу, он всё так же молчал. Нола нервно посмеивалась, стоя у бара, и Канни хмыкнула, отходя в сторону.
— Jamhor cthiv.*
В баре была полутемень. Тусклые светильники едва справлялись со своей задачей, дополненные несколькими десятками свечей, отчего стойка оказывалась в тени. Август вздрогнул, услышав хрипловатый ленивый голос, раздавшийся со стороны, а когда уловил движение, инстинктивно сделал шаг к замершей Ноле.
— Wala takhbir.**
Канни фыркнула, после чего послышался усталый вздох, и тень приобрела очертания. Парень различил подошвы сапог, покоящихся на стойке, пока те не исчезли во мраке. Из-за неё показался внушительный силуэт, державший в руках какую-то книгу, и Август на мгновение задумался, как этот человек умудрялся читать при таком освещении, пусть даже и в очках.
— Дядя Юн, — девчонка, радостно воскликнув, собиралась, вероятно, подскочить и к мужчине, но тот бросил в её сторону один лишь взгляд, останавливая.
— Я тебе не дядя.
Незнакомец подошёл к Канни, убирая книгу и складывая руки на груди в замок. Он стоял за спиной девушки, возвышаясь над всеми ними, словно угрожающий колосс. Август не сказал бы точно, сколько роста в нём было, но, учитывая, что Нола была немного ниже его самого, а эта таинственная Канни так же ниже Нолы, парень предположил, что почти два метра. Его грудь была широка, густая тёмная щетина скрывала прямые скулы, волосы были подхвачены сзади лентой и, судя по выбивающимся нескольким локонам, можно было сказать, что тот так же был кудряв.
— Что за мальчик? — По смуглому лицу пробежала тень, и брови сошлись к переносице. Август, конечно, был оскорблён таким к себе обращением, но впечатления лишили дара речи. Таких людей он прежде никогда не встречал и сам считался одним из самых высоких людей подземного города.
— Юн, не груби, — девушка улыбнулась, обратившись к своему приятелю довольно ласково, зашла за стойку.
Мужчина как-то неопределённо хмыкнул, но из-за тембра вышло странное рычание. Нола подошла к нему ближе, не опасаясь, пока Август анализировал, насколько быстро смог бы добежать до входной двери.
— Недостаточно, — незнакомец вряд ли читал мысли. Очень точно определив беспокойные взгляды юноши, он взял со стойки большую кружку, до верху наполненную янтарной жидкостью, что Канни поставила перед его носом.
— А, ну так вот... — когда на баре стояли четыре одинаковые кружки, а Канни вопросительно глянула на Нолу, занятую разглядыванием странных татуировок незнакомца, девушка решила продолжить. — Он ищет сестру, и они оба из города под землёй. Нам очень нужна ваша помощь, ведь где её искать, мы не знаем.
На словах о подземном городе эти двое переглянулись, но ничего не сказали, и Август всё больше склонялся к тому, что Нола не особо пользовалась авторитетом среди людей.
— Я слышала, что ты поймала харонца, — Канни, сделала быстрый глоток из бокала. Парень не спешил пробовать. Жидкость в кружке пахла кислым хлебом и пенилась, словно забродившее молоко.
— Да откуда вы все знаете об этом? — Нола осушила предложенный ей напиток залпом и, увидев, что Август не притронулся к своему, поменяла их кружки местами.
— Кто харонец? Этот? — Юн перебил их диалог, поперхнувшись. Его взгляд прошёлся по Августу даже слишком пренебрежительно, где-то в углу послышался звон и суета, после чего кислый запах усилился. — Эта зубочистка точно не из Харон.
Его просили молчать, но это было уже слишком, с момента пробуждения в том хлеву Август впервые ощутил такой гнев и раздражение. Без подавителей было сложно контролировать свои мысли и действия, а ещё, как оказалось, было чертовски сложно делать то, что тебе говорят.
— Так вы поможете или нет?! — Нола дёрнула его за рукав, шикая, но парень смотрел лишь в глаза этому высокомерному ублюдку, не желая показать, что принимает его превосходство безропотно. Юн застыл, прищуриваясь ещё больше, после чего наклонился слишком близко к его лицу, внимательно вглядываясь в глаза.
— Конечно, родной, поможем. Но придётся заплатить золотом, — мужчина быстро обменялся взглядами с Канни, расплываясь в хищной улыбке. Спинка стула затрещала, когда тот вернулся на место.
Август замолчал, обдумывая сказанное. Золота у него не было. Да и зачем оно было бы ему нужно? В кармане покоилось кольцо матери. Коснувшись ладонью его очертаний под плотной тканью, парень разозлился ещё больше. Его рационализм и расчётливость были вытеснены разочарованием и гневом. Не отдавая отчёта своим поступкам, он вскочил на ноги, намереваясь как можно скорее убраться из этого бара.