— Хочешь мне что-то показать? — Нола любила всех животных, но особенно ей нравились волки. Даже тот факт, что одомашнить спасённого волчонка ей не удалось, не отменял беспрекословного восхищения этим благородным зверем. Поэтому когда он отступил на несколько шагов назад, а потом вперёд и повёл головой влево, ей непременно показалось, что зверь куда-то её звал.
А звал он её прямиком на территорию палудцев, туда, за бурелом на восток. Девушка тяжело вздохнула, стараясь не прокручивать в голове предсказание Ирены, после чего перелезла через некую импровизированную границу, следуя за белоснежным волком к своей судьбе.
Первое, что ощутил Август, это была боль в районе затылка, а после услышал громкий смех и треск поленьев в костре. Не открывая глаз, он старался понять, что произошло, прежде чем себя обнаружить, и наличие верёвки, удерживающей запястья и лодыжки, не сулило ничего хорошего. В воздухе пахло дымом и жареным мясом, он больше не слышал падающего снега и скрипа деревьев, только отдалённое ржание лошадей и волчий вой.
— Celui-ci semble s'être réveillé*? — Тихий шёпот долетел до его ушей, после чего последовал скрип утоптанного снега, шуршание одежды и пинок по ногам.
— Ты уже выдал себя, антри*, — незнакомец говорил с необычным акцентом, проглатывая середину слова, и на последнем и вовсе приобретал некую певучесть. Август открыл глаза, рассматривая присевшего перед ним палудца, отмечая, что тот даже слегка напоминает ему его самого.
— Хватит церемониться с этим харонцем, Луи! — Прикрикнувший сидел возле костра, его волосы отдавали рыжиной в этом свете. Парень был пухлый и розовощёкий, зло уставившийся на пленника.
— Я не харонец, — сглотнув, Август приготовился, вспоминая все детали легенды, что они с Нолой придумали на этот случай, чётко понимая, что остаться в живых сейчас ему поможет только чудо. — Я охотник из Сильва, слишком далеко забрался, преследуя медведя, что пожрал скот в нашей приграничной деревне. Я не переходил границу.
— Пиздёж! — Тот, что сидел у огня, сплюнул на снег, бормоча под нос какие-то ругательства. Юноша попробовал сесть удобнее, понимая, что всё тело затекло, и будь он в своей привычной одежде, давно бы промок и замёрз насмерть.
— Всё вроде бы так, антри, — человек поднялся, отходя к костру, после чего поднял охотничий ягдаш, что подарила Августу Нола перед отъездом, вываливая на снег его содержимое. Только сейчас Август заметил распотрошённые седельные сумки, лук и стрелы, что отдал ему Лео, и третьего незнакомца, выходящего из-за ствола дерева, чтобы присоединиться к крикливому парню у костра. — Но больно уж ты смахиваешь на харонца, везёшь с собой подробную карту нашей провинции и даже описание всех народов империи, — в руках у Луи была та самая записная книжка, которую дядя Нолы отдал ему и в которой Август записывал всю важную по его мнению информацию о поверхности. — Ах, ну и ещё это. Даже не знаю, где в приграничной деревне ты мог достать их, — бросив чёрный кожаный блокнот к ногам пленника, палудец достал из-за пазухи коричневый свёрток, и на землю посыпались мелкие яркие плоды кумквата. Август точно помнил, что не покупал их в дорогу и в отделении с провизией их не было. Он сразу вспомнил о Ноле, которая наверняка их ему и подложила, перепутав отделение с провизией с тем, куда он уложил лекарственные травы и отвары, и в которое так ни разу не заглянул с начала своего путешествия.
— Я... я не харонец, — вся решимость и пыл растерялись, а тело сковал ужас: к такому он точно не был готов, такой сценарий ни разу не прокручивал в голове, а импровизировать не умел. — Я встретил купца на торговом тракте. Моя жена любит эти ягоды, и я купил ей в подарок немного.
— Был бы он харонцем — давно попытался бы тебя убить, а не сидел бы с выпученными глазами, обделавшись от страха, — молчаливый человек откусил кусок от кроличьей ноги, даже не глядя в их сторону. Он был коротко стрижен, гладко выбрит и носил круглые очки в металлической оправе. От горячего мяса стёкла в них запотевали, но он продолжал есть, не снимая их, полностью игнорируя поднимающийся на морозе пар.
— Я тебя не спрашивал, — когда крикливый рассмеялся последней фразе, палудец по имени Луи громко гаркнул в их сторону, поворачиваясь к Августу в пол-оборота. В профиль его нос казался ещё больше, орлиной формой напоминая некую хищную птицу, а квадратные скулы лишь сильнее выделяли его на фоне всего лица.