– Мне не нужно твоё золото, – она не подняла взгляда, продолжая рассматривать яркое яблоко, лежащее на бледном желтоватом известняке. Хозяин лавки собрал все плоды, кроме этого, наверняка не думая, что так далеко стоит искать. – Только информация и твоё время.
Август наклонился, его бледные синеватые пальцы коснулись алой глянцевой поверхности яблока. Нола следила за ними, пока взгляд не оказался на уровне груди парня, державшего спелый плод.
Туман, окутавший всё вокруг, медленно рассеивался, утренняя темнота отступала, пространство становилось серым и прозрачным. На фоне этого яркое яблоко, лежащее в чужой руке, казалось нереальным. Девушка взглянула в глаза Августа снова. Солнце блеснуло, пробиваясь сквозь облака. Было очень комфортно стоять посреди этого шума, ничего не слыша, кроме мутной тишины. От Августа пахло лечебными травами, морозом и древесной смолой: так пах дом её дяди, и это успокаивало.
Наконец один из лучей коснулся их лиц, и Нола увидела, что глаза у него были яркие, цвета светлой охры вокруг зрачка, далее они переходили в зелёный оттенок, обведённые тонким ободом голубого цвета. Всё ещё молча рассматривая человека напротив, она увидела, как парень протягивает ей это красное яблоко, что в тёплом свете казалось ещё аппетитнее, и причин не взять его у нее не было.
Чужие пальцы были ледяные. Когда Нола сделала первый укус, Август улыбнулся, сам не зная, почему. В последний раз он искренне и широко улыбался слишком давно, чтобы это помнить. Но сейчас, при виде того, как Нола принимает этот плод из его рук, его окутало минутное спокойствие, ощущение, что в этом хаосе появилось что-то, на что можно опираться. Голубые глаза её были обжигающе ледяными, яркими, ядовитыми, и напомнили Августу о кольце, что лежало в кармане, спрятанном под траурной лентой.
– Любопытная мизансцена, – Нола успела разглядеть, как верхние клыки парня едва касались нижних, делая того сильнее походящим на харонца, и уже собиралась спросить, кем были его родители, как слева послышался знакомый низкий голос, в сопровождении крепкого табачного дыма.
– Ирена! – Очнувшись от странного наваждения, девушка хотела поприветствовать свою подругу, но получился лишь высокий визг, от которого Август дёрнулся даже сильнее самой шаманки. Его хищная и немного пугающая улыбка тут же исчезла. Со стороны леса вновь послышался волчий вой, который она точно не смогла бы услышать, стоя на центральной городской торговой площади.
– Нола, – Август, не ожидавший новых знакомств, с любопытством уставился на высокую статную женщину напротив: её длинное алое пальто совершенно точно выделялось среди прочих, чёрный меховой воротник плотно укутывал шею, а на голове красовалась широкополая шляпа. – Может представишь нас?
– А, это, – ворон, сидевший на плече Рены, взмахнул крыльями, исчезая среди деревьев; она закурила свою трубку, нетерпеливо выдыхая. – Это Август. Он... ну... ну, в общем, Август.
– Исчерпывающе, – шаманка отошла в сторону, пропуская телегу, нагруженную бочками с рыбой. Теперь кончик её шляпы почти касался носа парня. – Август, значит. И что ты за Август такой? – Ирена точно не помнила всех сердечных зазноб своей подруги, но никакого Августа там и близко не было. Никто бы не осмелился так назвать ребёнка в медвежьей провинции, и это было весьма любопытно.
– Он не местный, – Нола отчего-то нервничала, ей совсем не хотелось представлять этих двоих друг другу, по крайней мере точно не сейчас.
– Вижу, что не местный, – Рена разглядывала острые черты на чужом лице, цвет глаз, и сомнений в том, что перед ней стоял тот самый сбрендивший харонец, не было. – И, видимо, немой к тому же.
Августу эта девушка не понравилась. Её мягкие округлые черты лица никак не гармонировали с резким тоном и властным взглядом. Ему захотелось уйти как можно скорее, поэтому парень молчал.
Тишина продлилась ещё какое-то время, пока Ирену не окликнул кто-то из городской стражи. Нола знала, что она иногда подрабатывала, трактуя предсказания старейшинам, но не знала, что была настолько важна, что за ней присылали сопровождение.
– Ты не медведь, мальчик. Запомни это, – прежде, чем уйти, шаманка подошла к парню ещё ближе, вынуждая того отступить на шаг назад, и прошептала последнюю реплику так тихо, чтобы только он мог услышать. Это показалось ему странным, но не более, чем остальные события, произошедшие с ним в последние дни.
– Она мне не нравится, – когда незнакомка скрылась в редкой толпе, Август наконец-то отмер, переводя взгляд с удаляющейся спины на Нолу. Та всё ещё смотрела вслед своей знакомой, странно хмурясь. Парень засунул руки в карманы, касаясь шероховатой поверхности бумаги.