Этель поправила светло-каштановые длинные волосы, не решаясь начать, а потом прямо посмотрела в глаза Лингану. Его взгляд никогда не пугал ее, может быть, из-за его отношений с матерью, а может быть, она просто ничего еще не боялась в своей короткой жизни.
– Вы знаете, зачем я пришла? – начала Этель, и теперь никто не назвал бы ее взгляд детским – настолько он был решительным.
– Могу узнать, если ты разрешишь забраться к себе в голову. – Линган шутил, но она строго посмотрела на него.
– Боюсь, что сейчас вам станет не до шуток. Я пришла не одна. В коридоре меня ждет подруга, Инга, просто сама она не решилась бы обратиться к вам, и я взялась ей помочь.
– Так в чем все-таки дело? – Линган сразу помрачнел. Ему показалось, что он начинает догадываться о причине ее визита.
– Она хотела просить вас об уходе из жизни, – бросила Этель.
– Во-первых, она должна для этого подать официальное прошение, а во-вторых, если ты скажешь мне ее возраст, я сразу смогу дать тебе ответ.
– Ей двадцать восемь лет.
– Этель, между нами, это совершенно исключено, чтобы Совет в таком возрасте разрешил ей уйти. Наверняка у нее просто не сложились отношения с мужчиной, и это не повод для самоубийства.
– Хорошо. Тогда она найдет другой способ. Собственно говоря, поэтому она и не хотела подавать официальное прошение – была уверена, что ей откажут и только измучат психозондированиями и коррекцией психики.
– Этель, ты взрослый человек. Неужели ты допустишь, чтобы это произошло и никак не позволишь нам вмешаться?
– Это не зависит уже от меня. – Этель пожала плечами. – Но пришла я, Линган, не только из-за этого. Вы не хотите узнать имя того мужчины?
– Зачем? – удивился Линган.
– Думаю, вам это должно быть интересно, насколько я вас знаю. Он член Высшего Совета Вардов, и, если правда то, что мне рассказала Инга, его поведение выходит за обычные рамки.
При ее словах Линган вскочил с кресла и сделал два огромных шага к Этель. Кажется, подтверждались его самые худшие опасения.
– Имя?
– Диггиррен ван Нил, – четко произнесла Этель. Линган беспокойно зашагал по кабинету. Этель молчала.
– Ты знаешь о том, что там у них произошло? – Линган остановился напротив нее.
– Кое-что, но только с ее слов, хотя и не похоже, чтобы она врала, – Этель подбирала слова. – Познакомились они случайно. Недолго встречались, меньше месяца. Он слегка напоил ее и затащил в постель. Ей немного лет, но она достаточно опытна в таких делах, Линган. – Этель прямо смотрела на него. – И Инга не из тех женщин, которые будут переживать из-за одной ночи. Тем не менее, она твердо уверена, что подверглась насилию.
– Подожди-подожди! Она добровольно поехала к нему?
– Добровольно. – Этель кивнула. – Только он снял ей блоки силой.
– Ты уверена?
– Инга так считает.
– Это произвело на нее такое сильное впечатление?
– Да. Но еще более сильное впечатление было от того, что после этого он выгнал ее.
– Прямо после этого?
– Вот именно.
Линган сел в кресло и задумчиво посмотрел на Этель.
– К сожалению, я думаю, что твоя подруга сказала неправду.
– Как так? – Этель вскинула голову.
– У меня уже было несколько подобных жалоб на Диггиррена. Эта четвертая, и, конечно, все это начинает напоминать систему…
– Часть девушек могли и не дойти до вас, Линган.
– Я тоже так считаю. – Он кивнул. – Но дело не в этом. Я сам проводил им зондаж и коррекцию психики после этого, и квалифицированно могу сказать, что насилия не было.
– Вы уверены? – Глаза Этель расширились.
– Я один из лучших специалистов в этой области, к тому же – Председатель Совета, и совсем не заинтересован в такого рода скандалах. Насилия не было, Этель. Все происходило добровольно, а вот то, что он больше не хочет с ними встречаться – это сугубо его дело, как ты понимаешь, но никак не наше. У нас нет права вмешиваться в его личную жизнь. Вот когда он придет просить согласие на брак – можем подумать.
– Если так пойдет дальше – он никогда не придет его просить и при этом покалечит огромное количество женщин. Инга говорит, Диггиррен чертовски обаятелен, когда хочет понравиться. Неужели ничего нельзя сделать?
– Боюсь, что так. Меня это тоже беспокоит, но и повода требовать зондажа его психики у меня нет. В противном случае я бы настоял на этом сразу после первого обращения. Ты мне веришь?
– Я знаю вас с детства, какой вам смысл меня обманывать? – Этель задумалась. – Линган, вы можете как-нибудь ошибаться? Есть ли другой специалист, к которому можно обратиться?
– Ты меня обижаешь, девочка! – Линган вспыхнул, подумав, что вряд ли бы у кого-нибудь еще в стране хватило наглости усомниться в его квалификации, но вспомнил, что у Диггиррена была очень высокая скорость мыслепередачи, и тоже задумался. Вся эта история ему не нравилась и казалась несколько странной, только никакой зацепки не было.
– Можно еще спросить у Строггорна ван Шера. Только если у тебя и твоей подруги хватит на это смелости.
– Не думаю, что это доставит мне удовольствие, учитывая его репутацию. Он действительно такой страшный человек, как об этом говорят? – У Этель не было не малейшего желания связываться со Строггорном.
– Боюсь, то, что о нем говорят, – это еще не вся правда. С ним сложно поладить, и он будет забираться в твою голову, хочешь ты этого или нет.
– Господи, он что, такой беспринципный человек?
– Нет. Но у него такая большая скорость мыслепередачи, что обычно ему просто лень выслушивать объяснения и он предпочитает забираться в голову собеседнику.
– А блоки? – Этель была ошарашена откровенностью Лингана.
– Плевать он хотел на твои блоки. По-моему, он и мои не всегда замечает, что говорить о твоих?
– А какой-нибудь другой специалист? – с надеждой спросила Этель.
– Ты хочешь получить квалифицированную консультацию или сделать это для очистки совести?
– Как-то мне не по себе от этой идеи, – Этель задумалась. – Давайте, я поговорю с ним. Только ничего не надо сообщать Инге – она точно до полусмерти напугается.
– Как скажешь. Не была бы ты мне почти дочерью – ни за что не согласился бы на это, – сказал Линган, вставая и подходя к телекому. Он долго ждал, пока Машина найдет Строггорна, а потом просто приказал ему прийти, не объясняя причин. Больше всего Этель удивило, что тот не стал спорить и обещал приехать через десять минут. «Еще неизвестно, кто из них более страшный человек», – подумала она внутри блоков. Линган сразу же вскинул на нее свой пронзительный взгляд, и Этель осознала, что он тоже влезает частенько сквозь блоки в ее голову. Она тяжело вздохнула и для себя решила никогда больше не связываться с Советниками. Сейчас Этель пожалела, что так необдуманно согласилась помочь подруге в деле, которое показалось таким простым, а теперь запутывалось все больше и больше. Пока от этого страдала только ее голова, а Инга спокойно могла ждать результата. Этель почувствовала себя обманутой дурочкой, как будто подруга за ее счет решила справиться со своими проблемами.
Советник Строггорн вошел в кабинет Лингана, пристально вгляделся в глаза Этель, и она уловила проникновение в мозг.
– Как грубо, Советник, – возмутилась она. Это нисколько не смутило Строггорна, который уселся на свободное кресло, заложив ногу на ногу.
– Вы же знали, кого хотели видеть, девушка. Так какого черта я вам понадобился? – Строггорн поглядел на Лингана, и тот нахмурился. – Линган, а я и не знал, что у тебя есть приемная дочь, – продолжил Строггорн, заставив Лингана позеленеть от злости.
– Я тебя предупреждал, Этель!
– Кажется, я заставила вас сделать большую глупость, Линган! – Этель готова была заплакать. Она поняла, что, по своей наивности, раскрыла для Строггорна давнюю связь Лингана и своей матери.
– Поздно нервничать! – сказал Строггорн. – Между прочим, девушка, у меня там пациент на операционном столе, ждет не дождется, когда я продолжу, а вы со своей подружкой отвлекаете меня и Лингана от работы. Вообще, Линг, если хочешь, чтобы я с ней разбирался, отправь Креилу ассистента, ему одному не справиться, а здесь у тебя надолго.