Пленник съежился. Потеря головы как-то не походила на счастливый шанс.
— Или я могу сделать тебя богатым, — продолжал Джафар. — Настолько богатым, что даже принцесса будет впечатлена. Правда, ничего не дается задаром.
Вот это уже было больше похоже на правду. Аладдин подался вперед, пальцы покрепче сжали заколку. Он не дурак. Он догадался, что за предложение будет назначена цена, еще прежде, чем Джафар об этом сказал. Ему достаточно долго пришлось бродяжничать, чтобы знать, что всякий поступок влечет за собой последствия, а у каждой монетки две стороны.
— Что я должен буду сделать?
Джафар удовлетворенно склонил голову.
— Я прошу лишь об одной небольшой услуге. Тут поблизости есть пещера, а в ней — обыкновенная лампа. Достань ее для меня, и я сделаю тебя богаче, чем ты можешь себе представить.
Слова повисли над оазисом. Аладдин прекрасно знал, что на самом деле выбора у него нет. Если не поможет визирю, его казнят. И он больше никогда не увидит Далию… то есть Жасмин. А вот если поможет, то, вероятно, у него появятся деньги. Он станет богатым и, не исключено, получит возможность снова встретиться с принцессой — но уже почти на равных. Всю жизнь Аладдин искал способ порвать с бедностью, стать уважаемым человеком. Может быть, это его шанс?
— Сейчас ты для нее никто… Но мог бы стать кем-то, — продолжил визирь, будто читая мысли Аладдина. — Твоя новая жизнь начнется здесь… если ты этого захочешь.
Аладдин поднял глаза и испытующе посмотрел на Джафара. А потом кивнул.
Луна висела над дворцовым садом, заливая молочно-серебряным светом аккуратно подстриженные кусты и деревья. Звезды подмигивали, временами перекликались ночные птицы, в маленьком пруду поквакивали лягушки, создавая чарующую атмосферу томной южной ночи.
Но его все не было.
Когда принцесса вышла из покоев, луна только-только выплыла из-за горизонта. Сейчас она висела высоко над ее головой, но юноша так и не появился. Услышав за спиной шаги, Жасмин радостно обернулась. Но улыбка быстро угасла, когда она увидела, что это всего лишь Далиа.
— Все еще ждете воришку с мартышкой на плече? — спросила служанка.
— Нет, нет. Я просто, м-м-м, вышла пройтись… — ее голос замер. Девушка все равно не смогла бы обмануть подругу. Из груди вырвался вздох, плечи поникли. — Он обещал, — произнесла принцесса и с удивлением услышала разочарование в собственном голосе. В общей сложности она видела Аладдина каких-то два раза. В башне между ними состоялся всего один необыкновенный разговор. И все же в нем было что-то такое… Она чувствовала связь с ним, увидела в нем родственную душу. Юноша, казалось, в точности понимал ее переживания и с уважением относился к ее словам. Но почему же он тогда не пришел?
— Мужчины дают обещания, но не выполняют их. Все они так поступают. А еще они свистят и плюются, как сын мясника Рашида, чьей собаке так приглянулась моя лодыжка. Шрамы на коже, шрамы на сердце. — Далиа положила руку Жасмин на плечо и легонько сжала. — Если понадоблюсь, я буду наверху.
Принцесса кивнула, вновь переведя взгляд на луну. Она знала, что пора возвращаться в комнату. Но, может, чуть позже. Она подождет еще чуть-чуть. Вдруг он прямо сейчас идет ко дворцу. И тоже смотрит на луну, пытаясь добраться до нее.
ГЛАВА 9
«Не успел», — подумал Аладдин, проследив за взглядом Джафара, устремленным в пустыню. Луна быстро садилась, и он знал, что Жасмин, наверное, уже устала ждать и ушла из сада. Ну, то есть ему невероятно хотелось в это верить — в то, что она ждала его. Но он не пришел. И не было никакой возможности сообщить ей, что он отправился с визирем ее отца в пустыню, дабы найти лампу, которая должна как-то помочь визирю овладеть всем миром. А самого Аладдина сделать богатым. Хотя, если быть до конца честным, в подобное объяснение поверил бы разве что безумец.
На плече привычно бормотал что-то себе под нос Абу. Молодой человек кивнул другу и собрался было произнести какие-то ободряющие слова, как вдруг Джафар резко остановился. Аладдин тоже сильно натянул поводья, чем испугал Абу и вызвал возмущение своего верблюда.
Визирь всматривался в песчаную дюну. Его спутник прищурился, пытаясь понять, что так заинтересовало советника. Эта возвышенность ничем не выделялась среди остальных.
Вдруг песок пришел в движение, зазмеившись между длинными ногами заметно занервничавших верблюдов. Потом он начал вздыматься, как волны в океане. Воздух наполнился низким гудящим рокотом, земля задрожала. Верблюды отчаянно натянули вожжи, напуганные неестественными звуками и движениями.