— Я желаю… — начал Аладдин, — освободить тебя, Джинн.
ГЛАВА 22
— Что ты сказал?
Аладдин улыбался, а Джинн замер, не закончив жеста, и во все глаза уставился на хозяина. Голубая кожа волшебника засветилась изнутри. Прежде чем Аладдин успел повторить сказанное, желание стало осуществляться. Как обычно, появилось облачко дыма — и вот Джинн больше не синий, больше не гигантского размера: он преобразился в человека, и золотые браслеты невольника, тысячи лет заставлявшие волшебника выполнять чужую волю, упали с его рук.
Он был свободен.
— О-о-о! — воскликнул Джинн, когда понял, что для него сделал Аладдин. Он посмотрел на друга. — Давай, прикажи мне что-нибудь.
— Раздобудь мне джема, — велел бывший хозяин лампы.
Джинн счастливо засмеялся, когда слова никак на него не подействовали.
— Сам ищи свой джем! — закричал он, и его ликование вызвало у Аладдина улыбку. Джинн сгреб друга в медвежьи объятия и закружил. — Спасибо! — счастливо завопил он. Потом поставил парня обратно и стал серьезным. — Нет, правда, я невероятно тебе благодарен.
— Нет, Джинни, — Аладдин покачал головой, — это я тебе благодарен. — Он помолчал. — Что теперь будешь делать?
— Не знаю, — отозвался Джинн через секунду. — Я всегда мечтал лишь о свободе выбора. А еще хотел попутешествовать, мир посмотреть. — Он замолчал и посмотрел на Далию. — А еще есть одна красавица, с которой я хотел бы вместе посмотреть мир, если она согласна быть моей. — Снова улыбнувшись Аладдину, Джинн повернулся и направился к служанке Жасмин.
Аладдин смотрел, как Джинн наклонился к девушке и что-то зашептал ей на ухо. Та радостно засмеялась, глаза засверкали. Юноша грустно улыбнулся. Он отказался от своего шанса на счастье, но, хоть мысль о будущем без Жасмин и причиняла боль, он не хотел ничего менять. Он нагнулся и поставил лампу на землю. Абу прыгнул ему на плечо.
— Пошли, малыш, пора возвращаться домой, — тихо сказал бродяга.
Жасмин тоже наблюдала за Далией и Джинном со смесью радости и зависти. Невольно ей на глаза навернулись слезы. Она была так близка к собственному счастью, а потом оно вновь ускользнуло из рук. И теперь принцесса не знала, что чувствовать, что делать. Ощутив нежное прикосновение, она повернулась и увидела, что на нее смотрит отец.
— Прости, милая, — сказал он голосом, полным чувств.
— Все хорошо, папа, — ответила Жасмин. — Не надо…
Отец поднял руку и остановил ее.
— Пожалуйста, дай мне договорить, — произнес он и глубоко вздохнул. — Я всего лишь хотел, чтобы ты была счастлива, чтобы тебе ничто не угрожало. Чтобы никогда не испытывала той боли, что чувствую я. Ты моя радость, моя гордость, моя жизнь. Я боялся потерять тебя, как потерял твою мать. — Долго сдерживаемые слезы хлынули из глаз принцессы, пока она слушала, как отец говорит все то, что ей так хотелось услышать с самого дня смерти матери. Султан, чьи глаза тоже ярко блестели, продолжал: — Я видел лишь свою маленькую девочку, которую хотел защитить, а не отважную женщину, которой ты стала. Ты продемонстрировала большую решимость и силу, в то время как мои собственные уже на исходе. Ты права. Не такой хотела видеть Аграбу твоя мама. — Он замолчал и снял кольцо, которое принадлежало его отцу, а до этого — отцу его отца и всем предыдущим султанам. Этот кольцо значило для Жасмин больше, чем любая корона или трон. — Решено. Ты будешь следующим правителем Аграбы.
Принцесса приняла кольцо, сердце ее переполняли гордость и любовь.
— Спасибо, папа, но самой большой честью для меня всегда будет оставаться твоей дочерью.
Султан кивнул, притянул ее к себе и крепко обнял. Отец и дочь долго стояли так, наслаждаясь покоем после всего, что им пришлось пережить. И все же Жасмин не могла не думать об еще одном человеке, которого ей очень хотелось вновь увидеть. С кем она могла говорить обо всем на свете. С кем согласилась бы разделить будущую жизнь, которая теперь обрела смысл. Будто прочитав ее мысли, султан отстранился.
— Пойди, разыщи его, — разрешил он.
Оторвавшись друг от друга, Далиа и Джинн тоже посмотрели на принцессу.
— Иди, иди! — закивали они.
Жасмин не нужно было уговаривать. Она умчалась, стук ее туфелек разнесся по коридорам и лестницам. Девушка выбежала во двор, спешно оглядываясь в надежде увидеть Аладдина. Но сад был пуст. Она понимала, что молодой человек направляется домой, но он ушел ненамного раньше, значит, не мог уйти дальше ворот. Ворота! Снова Жасмин пустилась бежать, на сей раз ноги несли ее к главному входу.