После первой рюмки холодной водки, которая, как известно, колом, давясь горячим и острым супом, который так и пробивал на пот, гусар начал оживать.
«Нет, надо завязывать с этим всем! Если что-то отмечать, то только — вон, с Николаем! Тихо-мирно посидели бы в бане, выпили, «пообщались» с феминами. А здесь… Шум-гам! Пьянка, перерастающая в попойку. Знакомые и незнакомые физиономии. Жженка еще эта! Ну кто вспомнил про эту ядерную смесь? Вроде мода на нее прошла уж лет двадцать как, но… Еще гусарство мое вспомнили. А как же это — гусар есть, а жженки — нет? Вот и… Как еще бани не сожгли?! Ага… Кордебалет, мля, устроили. И девки в бассейне — тоже были. А ведь как хорошо и чинно мы раньше выпивали с Рузановым и с Ростовцевым! Как было чинно-благородно, по старине! И ведь не отговориться было никак, не поняли бы меня!».
Плещеев, скрипя зубами, но с приличным выражением лица, принял награду. За что? Да и сам толком не понял — то ли за тот рейд, с рыжим англичанином, то ли по совокупности заслуг. Почему скрипя зубами? Ну дык… Станислав, третьей степени, мля! С одной стороны — вроде бы и неплохо. Но! Это же — Станислав, третьей степени, понимать надо! И «мечей» к нему еще нет. Здесь пока «мечей», которые явно показывают, что орден вручен именно за боевые заслуги, вообще нет.
«Позднее их придумали, что ли?».
И сейчас Станиславом именно третьей степени награждают много кого. Чиновников разных, к примеру. И не за что-то конкретное, а — чаще всего — за выслугу лет. Так и пишут на обороте: «За 25 лет». Так что орденок — так себе, «на отъебись» называется.
Плехову еще припомнилась картина художника, фамилии которого он не помнил вовсе. Картина так и называлась: «Свежий кавалер». И изображена на ней была сценка, где кто-то изрядно помятый, по-дурацки изображает из себя римского патриция. А вокруг бардак, и обстановка очень уж неказистая. Евгений тогда был удивлен: «Свежий кавалер? Это вот этой бабенки неопределенного возраста кавалер? И что-то она какая-то не очень, бабенка эта, чтобы много кавалеров иметь!».
Оказалось — нет. Все совершенно по-иному! Это чиновник какого-то невысокого ранга, после пьянки хвастается служанке врученным орденом. И орден это был именно Станислав, самой что ни на есть третьей степени.
Так что понятно, что Плещеев наградой был не очень доволен. Мягко сказано. Но… Не смог отказаться от предложения других офицеров все же это дело примерно отметить.
«Но у других-то… У них ордена были разные! Хотя, честно говоря, и Станиславы третьи тоже были!».
Причем, что было не очень понятно… Как уже в самом конце «празднования» он оказался с Анфиской? Если начинал пьяный загул с Машей, не подпуская к ней никого. Ведь с Анфиской, по традиции был Рузанов.
«Но это — пусть, дело прошлое и, в общем-то, плевое!».
А вот Амалия, значит, Ивановна, принеслась к нему с судками и прочим, поправлять ему здоровье. Это здорово озадачило подпоручика. Такого внимания и участия к нему здесь еще никто не проявлял. Впору подумать о плохом, но — нет же! Лазарева вполне довольна браком, пусть и не особо счастлива. Дети, опять же. Достаток и перспектива карьерного роста у мужа.
Потому таковое отношение к нему женщины смутило гусара. Смутило, но и что-то тронуло в душе. Нет, не любовь, конечно же! Но какое-то участие, благодарность и даже нежность к этой большой женщине у него появились.
На вопрос — откуда она узнала о его резко пошатнувшемся здоровье, Амалия засмеялась и ответила:
— Юра! Ты забываешь, где вы устраивали все это непотребство и где я живу? И то заведение, и гостевой дом — принадлежат Оганесяну. А у нас с ним очень неплохие деловые отношения. Так что… Да и весь Пятигорск уже обсуждает, как господа офицеры отпраздновали вручение наград.
Плещеев отметил для себя, что никаких претензий по поводу девок, женщина не предъявила. Но в совокупности… Не удержался и спросил — откуда такой опыт «опохмела» мужчины, а также — терпение и понимание офицерских загулов?
— Это ты еще полностью не отошел от пьянки, а то бы и сам понял. У меня же муж, пусть и по интендантству, но прошел многие стадии карьеры. И ордена у него имеются. Так что все эти гулянья я видывала и пережила уже неоднократно, — объяснила Лазарева, — А так как в первое время супружеской жизни отношения мои с моим благоверным были куда как теплее, то и навыки возвращения к жизни мужчины у меня тоже имеются! Потому — дала указания кухарке и через некоторое время все готово.
Пикник вышел непродолжительным, но вполне душевным. Гитару подпоручик с собой не брал: куда комфортнее музицировать дома, тем более после душещипательных романсов на даму нападает весьма романтичное настроение, которое влечет за собой… Понятно, что влечет!