А вот непрошеное предложение Власа пострелять из пистолей и ружей, Амалию внезапно заинтересовало. Стрелять из своего оружия Юрий не разрешил — цена на патроны уж больно кусается, да и подчас не сразу их и укупишь. Остается только в Ставрополе заказывать, что тоже — не быстро. А вот с обычных, капсюльных пистолетов и ружей нукеров — почему бы и нет?
Оба-двое казачков с большим энтузиазмом принялись заряжать оружие, а дама — с воодушевлением палить по установленным в метрах пятнадцати небольшим камням. И с удивлением Плещееву пришлось признать, что не совсем уж она безнадежна! Сила в ее немалом теле все же была, и силы той вполне хватало, чтобы довольно ловко управляться с немаленькими пистолетами; прицеливалась Амалия тоже умело, и попадания следовали одно за другим.
Все-таки чтобы не прослыть совсем уж жмотом, Юрию пришлось позволить даме по разу выстрелить и из его пистолей. А карабин с картечным патроном привел женщину в полный восторг!
— Вот это да! Вот где мощь! Здорово же, да — бах! И сразу несколько злоумышленников повержены. Непременно закажу мужу найти и купить такое оружие!
«Милитарист в юбке! Интересы у нее, конечно, странноватые. Секс, скачки и стрельба! Валькирия!».
С улыбкой Плещеев вспомнил одну характеристику из забавного фильма:
«…жопа толстая и шершавая, как ананас. Валькирия!».
— Чего ты смеешься? — с шутливым возмущением обратилась к нему Амалия.
— Я не смеюсь, а жмурюсь от удовольствия при виде тебя. Женщина-воительница! Амазонка! Валькирия! — отговорился подпоручик.
— Да, я такая! — задорно кивнула подружка, — Бойся меня! Вот возьму и стану еще учиться шашкой махать, и кинжалом. Вот как вы по утрам клинками звените, спать мне не даете!
Уже не раз и даже не два Амалия оставалась у него ночевать. Денщик Некрас поначалу ворчал, но Лазарева почти в каждый свой приезд привозила разные армянские вкусности: то шашлык, то долму с люля-кебабом, то какие-то охрененно вкусные пироги, а то и сладости.
Это заставляло и самого Плещеева быть все более благодарным неглупой женщине, но также касалось и его нукеров с денщиком. Все же не так часто доводилось им питаться не только сытно, но и вкусно.
«Переманит она моих подчиненных к себе!» — в шутку сердился Юрий.
Но уже слышал он как-то негромкое обсуждение Лазаревой Власом и Айдамиром, что, дескать, всем хороша баба, только бы вот роста ей убавить вершков на пять!
Глава 25
Совещание у полковника Веселовского подходило к концу. Да и совещанием это было не назвать: присутствовал на этом обсуждении предстоящих задач сам Плещеев, который, по большому счету, и являлся автором всех запланированных мероприятий; приехавший из Владикавказа командир охотничьей команды, капитан Васильев и квартирмейстер Моздокской линии, полковник Веселовский. Долженствующий присутствовать здесь же представитель Второго Терского казачьего полка — был «в нетях».
«Интересно получается с этими казачками! Вот взять, к примеру, казаков Кабардинской станицы, пригорода Пятигорска: службу они тянут как положено, участвуют во всех боях и походах, но подчиняются структурно именно командованию Терского казачьего войска, в частности — командиру именно этого Второго полка. Формально штаб полка расположен в Моздоке, но на самом деле все начальство и основная масса станичников вне службы проживает в населенных пунктах за Тереком. То есть, в штабе — только те, кому выпала доля в это время «тащить лямку».
Вахтовики, мля!
Задействовать «кабардинцев» можно, что и происходит постоянно, но задействование это идет посредством немалой переписки и согласованиям с казачьим начальством. И что еще характерно: фактически с Кабардинки возможно набрать около двух сотен казаков всех возрастов. Однако службу правят меньше сотни — казаки первого срока службы. Второразрядники и казаки «на льготе» привлекаются только в крайних случаях, вот как прошедшим летом, при отражении нападения Шамиля.
Кстати, тот же мой знакомец Ефим — он давно должен быть «на льготе», однако служит уже второй срок сверху, по личному пожеланию. И уже старший урядник, что в их среде очень весомо, даже при мирной жизни станицы. За три года Подшивалов от приказного поднялся на два звания — очень неплохо для казака!
Ага… Так вот: казачьих офицеров в Кабардинке нет — пожилой хорунжий Черняев, тот, кто ходил в рейд с Плещеевым — погиб; второй хорунжий, который молодой — куда-то уехал, а уж временно или постоянно — Юрий не знал. Вот и получается: казаки под рукой есть, а командовать ими — некому! И это нужно было решать. Ну да Веселовский заверил, что взводом или полусотней казаков сможет командовать и тот же Подшивалов. Это ведь только по названию — полусотня, если разобраться — насчитаешь казаков человек тридцать, может быть — сорок, и это — в лучшем случае. Так что, старший урядник — вполне величина для такого подразделения!».