— Для того и прибыл, ваше превосходительство! — кивнул гусар и осмотрелся.
В комнате было сумрачно: шторы довольно плотно закрывали оконные проемы. Сумрачно было и душновато. Учитывая нахождение здесь человека болящего, с кровати пока не встающего, то и запахи несколько…
«Ну что это такое, а? Закупорят человека как в банку и полагают, что делают ему лучше!».
— Так… Разрешите, ваше превосходительство, я тут покомандую? — обратился Юрий к генералу.
Тот слабо махнул рукой, но присматривался с интересом. Плещеев окликнул из примыкающей комнаты двух солдат, приставленных к генералу в качестве денщиков, и, с их помощью, аккуратно переставил кровать с раненым иначе. Потом скомандовал:
— Вот эти два окна открыть — пусть комната проветрится. Вон это оставьте закрытым: слишком солнечно — тоже нехорошо, глаза будут болеть. Не так ли?
Генерал с согласием прикрыл глаз.
— Ну-с… Начнем, пожалуй, с руки, ваше…
— Вы, поручик, давайте-ка… Пока мы не на службе — по имени-отчеству ко мне. Х-м-м… А почему — с руки, а не с ноги? Или с головы? Голова-то меня сейчас — куда сильнее беспокоит.
— Видите ли, Григорий Христофорович, если я начну лечение с головы, то вы скоро, почувствовав облегчение, уснете. А лечить спящего крайне неудобно. Прежде всего, именно для самого спящего!
— Резонно! А почему тогда не с ноги? — заинтересовался Засс.
— Я сразу, еще на дороге осмотрел рану, нашел ее поверхностной — пуля прошла вскользь, лишь повредив кожу. Перелом костей руки — куда более серьезная травма. Но ногу я тоже осмотрю, не извольте сомневаться…
Проводя манипуляции на руке, Плещеев обратил внимание, что кости не смещены.
«Удачно там получилось! Да и перелом был не сильно страшный — закрытый, без смещения и неосколочный!».
Уж что-что, а это сновидец знал: все же что-то из курса анатомии средней школы у него в голове оставалось. И его способности — далеко не рентген, но позволяли видеть другим способом «болячки» пациентов.
— И сколько же, голубчик, продлится ваше лечение? — спросил генерал.
— Загадывать не хочу, ваш… Григорий Христофорович. Обычный перелом костей руки полностью срастается месяца за два, за два с половиной. Но я думаю, мы управимся за месяц. Но! Если вы будете осторожны! А то, знаете ли, весьма часто люди — только почувствуют облегчение и ну рукой пользоваться, как будто уже все в порядке…
— И что?
— Да все что угодно! От банальных болей и долгого заживления до смещения костей. А ну как криво срастутся? Потом снова ломай их, снова складывай…
— Какие страсти вы рассказываете, голубчик! — сморщился Засс, — И, позвольте… Откуда же вам все это известно? Вы как будто на доктора учились.
— Знаете… Из интереса почитывал разное, в том числе и что-то медицинское попадалось. А страсти… Страсти в этом, в медицинском деле, вполне обычное явление. К примеру, когда пациенту ломают криво сросшиеся кости, то от боли может и помереть несчастный — сердце не выдержит. А чтобы не помер — его морфием накачивают или настойку лауданума дают.
— И что же? Мне вот зуб доктор как-то лечил — тоже эту настойку давали! — генералу стало интересно.
— Да это же все — наркотики! — пожал плечами подпоручик.
— Наркотики?
— Ну… Наркотические средства. К ним человек быстро привыкает, хочется еще и еще, все больше и больше. Разве не слышали про разного рода морфинистов или курильщиков опия?
— Слышал! — нахмурился Засс, — И что? Как быстро привычка эта складывается?
— Говорят, по-разному. У кого какой организм. Из разового-то приема беды не будет, к тому же — если он вынужденный, чтобы боль снять. Но если часто употреблять…
— Интересно! А ведь в аптеках все это продается очень даже свободно! — задумался генерал.
— Ну-у-у… Люди же не сразу все познают и познают верно. Подчас в процессе познания такого наворотят, что потом долго расхлебывать приходится! — ведя беседу с больным, Плещеев не прерывал процесса, потом обратил внимание на перевязанную правую руку генерала.
— А это у вас что, Григорий Христофорович?
— Ах, это… Это доктор мне кровь пускал. Говорит, полезно при головных болях!
— Ну вот, видите — очередное заблуждение наших врачей! — засмеялся гусар.
— А что так? — удивился Засс, — Обычное же дело — пускать кровь!
— Видите ли… Крови в организме человека именно то количество, которое ему и потребно для нормальной жизни. Ни больше и не меньше! Наша печень… А именно печень отвечает за процесс кроветворения! Наша печень вырабатывает столько крови, сколько нужно. Организм человеческий — вообще вещь умная и сбалансированная. Все в тютелька в тютельку сработано Творцом. Я бы еще понял, если бы вы были человек тучный, склонный к грудной жабе и апоплексическому удару. Но и тогда кровь можно отворить только в крайнем случае, чтобы избегнуть упомянутого удара. Снизить, так скажем, нагрузку на сердце и сосуды — вены там, артерии разные. Но — разово! Только разово…