— Сцуко… Чего они тут бродят? — прошипел Евгений, — Так и хочется ему белоснежные зубки пересчитать!
— Жень! Ты чего? — расхохоталась Юлька, — Ну, посмотрел он на мою задницу, что из этого?
— Бесит, мля… Нет, я не расист. Просто негров не люблю. Наглые они и беспардонные!
— Ну, ты это брось! Они здесь вполне корректны и даже культурны! Вот в Париже, там — да, жуть просто. А эти… Ну подрабатывают парни, чего тут такого? Хотя… Мне, признаться, самой не очень приятно. Ты знаешь, что наши соседки именно за этим сюда и приезжают?
— Ну-у-у… Догадался уже! — кивнул Плехов.
— Ага… Ты пока по утрам бегаешь, прыгаешь и на турнике, как тот бандерлог кувыркаешься, я с ними познакомилась.
Увидев возмущенно-опешившую физиономию бойфренда, Юлька снова рассмеялась и уточнила:
— С соседками познакомилась, я имею в виду. Мы в баре посидели…
— Это с какой — с левой или правой? — уточнил он.
— Да они обе были. Рассказали, что уже не первый год сюда приезжают. Марта…
— Это какая из них — Марта? Которая — «лошадь», или которая — дурнушка? — переспросил Плехов.
— Фу таким быть, Женечка! — засмеялась подруга, — Марта… Ну, да… У которой челюсть тяжелая — пусть будет так…
— А чего она — Марта? Она англичанка, я правильно понимаю?
— С чего ты взял? — удивилась Юлька.
— Ну… Морды лошадиные обычно у англичанок.
— Вовсе нет! Она, вообще-то, голландка…
— Бля… Как выродилась Европа! — изобразил фейспалм сновидец.
— Так вот, Марта обычно ангажирует одного и того же масаи, — Юлька хихикнула, — Но я сама видела, как утром из ее бунгало двое выходили. Один постарше, другой совсем парнишка.
— О-о-о… Дама знает толк в наслаждениях! — дурашливо воскликнул Плехов.
— Да уж… — согласилась подруга, — А Жаннет… Она, как ты уже понял, француженка из Лиона.
— А этой, что — негров во Франции не хватает? — удивился Евгений.
— Ну-у-у… Родителей стесняется, те довольно старомодны, по ее словам. Так вот, Жаннет рассказала, что на отдыхе предпочитает поменять пару раз сердечного друга. Разнообразия ищет. И знаешь, что интересно?
— Да?
— Они рассказывают, что эти масаи вообще не приемлют оральный секс. Совсем! Представь! То есть, ни она — ему, ни он — ей!
Плехов цыкнул:
— Дикари-с-с, мадам!
— Эй! Я, вообще-то — мадемуазель! — притворно возмутилась Юлька.
— Пардон, мамзель! Хуйню-с спорол-с!
Подруга насмешливо протянула:
— Г-у-у-с-а-а-р! Так вот, девчонки переживали, что лишаются очень немалой доли удовольствий.
«Это она чего — предлагает этим… «на клык» дать? Не, не хочу я! Мне и ее вполне хватает. А уж внешне Юлька — даже сравнивать с этими не стоит!».
— А все-таки жаль, что Светка не смогла поехать, — вздохнула Юля, — Тут и правда довольно скучно. Да, кстати… А знаешь, что еще смешно?!
— М-м-м?
— Они нас приняли за арабов, представь?!
— Это с каково перепугу? — поднял бровь он.
— Ну, говорят, что оба мы смуглые и тип такой — южный. Вот… Помнишь же, тот водитель с трансферта с тобой по-мусульмански поздоровался?
Плехов помнил, что в аэропорту водитель-негр, чуть поклонившись, поприветствовал его:
— Ассалум алейкум!
И Евгений на автомате ответил:
— Ва-а-лейкум ассолом!
Но воспринял это, как тот факт, что население Занзибара в большинстве своем — мусульмане и не более того. То есть, привычнее им так.
Но подруга продолжала:
— А тут еще ты, такой смуглый и весь волосатый, как гамадрил! И еще они… Очень интересовались, правда ли то, что у арабов анальный секс — основной?
— Ну а ты что? — засмеялся Плехов.
Та пожала плечами:
— Ну а я — что? Я сказала правду: мол, не основной, но весьма частый.
— А вот тут ты соврала, красавица! Тебя на это уговаривать нужно долго и ублажать перед этим от души! — возмутился он.
Юлька его возмущение не восприняла:
— Ну а как иначе? Хочешь — заслужи! Не просто же так…
— Х-м-м… Как будто тебе самой это не нравится?!