«Вот то-то же, блядь! Так… Карабин перезарядить!».
Вскочил и снова подался за угол. А во дворе уже закипала, перекатывалась ругань на нескольких языках. Звенели клинки, реже бухали пистолеты. Грохнуло явно что-то посерьезнее «короткоствола». Русский мат густо перемежался с визгами и ором на нерусском.
Снова выглянул — оценить обстановку.
«Х-м-м… А Макар все гундел, что светлые полосы на рукава вязать — лишнее. Сколько портянок запасных на эти полосы перевели. И как бы сейчас определяли — где свой, а где — чужой? А так хоть немного заметно!».
Заприметив выскочившего из большого дома горца — в одной руке пистоль, в другой шашка — Юрий, прицелившись, картечью охладил пыл вояки. Расстояние-то тут — плевое, метров пятнадцать, осыпи почти и нет!
Но вот повалившие из дома следом люди были куда как хороши в плане рубки — нападавшие охотники и казаки были вынуждены податься назад. Больно уж ловко пластали клинками обороняющиеся!
«Эх! Понеслась звезда по кочкам!».
И Плещеев сделал то, что никак бы не стал делать по трезвому рассуждению: откинув карабин в сторону, выхватив бебут и нож, бросился на поддержку атакующих. Азарт драки захватил подпоручика полностью.
А вот схватка разделилась на несколько очагов. Перед Юрием, вскрикнув, упал кто-то из казаков, и лишь чудо спасло от смерти самого подпоручика: поскользнулся на чем-то, чтобы не упасть, он был вынужден отскочить назад. Перед ним в широких шароварах, длинной светлой рубахе стоял турок.
«Точно — турок! Фактурный такой, матерый!».
Зрелый воин был невысок, но кряжист. Наголо выбритая голова, пышные усы подковой: чем-то он напоминал запорожских казаков из иллюстраций к «Тарасу Бульбе» по воспоминаниям детства. Турок ощерился и прорычал что-то.
«Ишь ты, бля! Да у него же не сабля, а целый меч!».
Гнутый широкий клинок с ярко выраженной елманью подрагивал в руке турка, хищно покачивалось острие. С бебутом и ножом выступать против такого «девайса» в руке опытного воина? М-да…
«Клыч это называется, вот что!».
Турок сделал небольшой выпад, и только сомкнутыми вместе — крест-накрест — клинками Юрий смог отвести в сторону удар.
«Да он же сейчас из меня двух Плещеевых сделает! Ну тебя на хуй, чурка копченая!».
Выхватив из-за пояса забытый впопыхах пистолет, Плещеев навскидку, от бедра — по-ковбойски выпалил в противника. Попал хорошо, прямо в грудь! Турок пошатнулся, попятился, но потом ноги подкосились, и он рухнул ничком.
Плещеев взлетел на перила галереи и мимоходом ткнул бебутом в шею кого-то из сражавшихся, метнул нож в чью-то чужую спину.
— Ах ты ж мать-перемать! — взревел рядом Нелюбин. — Дави их ребята, режь сволоту!
— Рыжего! Рыжего живьем! — вдруг вспомнил подпоручик.
Юрий сидел на широких ступенях большого дома и с удовольствием тянул густой ароматный дым из трубки.
«После нескольких добрых глотков водки покурить — это же шикарное дело! Отпускает-то как!».
— Тьфу ты, бля… Повоевали! — рядом на ступени плюхнулся Нелюбин.
— Что скажешь, какие результаты? — Плещеев протянул унтеру фляжку с водкой.
Макар побулькал ею в руке, оценивая наполненность, сморщился, дескать: «Маловато будет!», но с удовольствием присосался к посудине.
— Я говорю — повоевали, млять! У меня двое полегли, да еще четверо пораненных. У Ефима… У того и того хлеще — трое загиблых, да четверо ранетых. Почитай выбили нас всех эти поганцы.
Плещеев промолчал.
«Это мы еще легко отделались! Трое турков — и все вояки как на подбор! И этих… представителей туманного Альбиона — тоже трое. И воевать умели все. Да еще горцев, тоже не безруких — около двух десятков. Трое дедов каких-то и сколько-то молодняка. Хорошо, что какую-то часть местных еще на постах вырезали. А так бы… М-да! Вот тебе очередное подтверждение — не суй хуй туда, куда собака нос не сует! Без разведки, без знания сил противника. Диверсанты хреновы!».
Из глубины большого дома раздавались приглушенные женские вскрики.
— Что там? — мотнул головой Юрий.
— Да там… казачки пару бабенок нашли. Этих… Ныне покойных ублажали. Вот ребята дурь да злость и сливают! — хмыкнул унтер, потом всполошился. — Может, и вы, ваш-бродь, не побрезгуете? Так, я сейчас крикну.
Плещеев усмехнулся и покачал головой:
— Нет, уволь… Я этим привык заниматься в более спокойной обстановке. Да и не время сейчас, надо тут все проверить да обыскать. Может, чего интересного найдем.