– Могу я узнать причину случившегося? – казалось, поза драконида осталась прежней, но я разом заметил, как он напрягся и как потяжелел его взор.
– Да, – а сейчас попробуем внедрить ещё одну пробную информационную прививку от перегибов. – Демиургус, как и вы все, придерживается обо мне слишком высокого мнения. Зачастую незаслуженно. В частности, вы все почему-то верите, что я не могу ошибаться, а это не так. Все могут ошибаться. А ещё все, в том числе и я, могут развиваться, в результате чего то, что казалось правильным в прошлом, может перестать видеться таким сейчас, – делаю паузу, отслеживая реакции слушателей. Но нет, замерли, молчат, ловят каждое слово. Что ж, сейчас расшевелим. – Например, моё имя – Момонга. Вы этого не знаете, но это не моё настоящее имя, а псевдоним, который я взял, когда решил спуститься в Иггдрасиль. Я, как и прочие из тех, кого вы зовёте Высшими Существами, происхожу из особого пространства, отчасти похожего, но во многом отличающегося от того, которое вы знаете. И наши имена… по ряду причин, связанных с родным пространством и природой таких как я, их использование было бы неудобно в Иггдрасиле и прочих подобных ему мирах, потому я и использовал псевдоним. Тогда он казался остроумным, сейчас же, по прошествии всех этих лет, я бы выбрал уже другой. Но мы отвлеклись, – хлопаю ладонью по столешнице, заметив, что глаза Альбедо и Себаса начали приобретать очертания полированных блюдечек со столь же глубоким интеллектуальным грузом, что присущ пустой посуде. – Обычное для обитателя Назарика предвзятое отношение к создателям в случае Демиургуса усугубляется ещё и его гениальным умом. Там, где любой другой Страж обойдётся кратким эмоциональным всплеском, он пытается всё проанализировать и осмыслить, в результате чего попадает в ловушку собственного разума, который заставляет его ощущать себя ущербным. Но он не ущербен. И я хочу, чтобы ты помог ему осознать этот факт. Не всегда то, что он воспринимает продуманным заранее планом, таковым является в действительности – мир не ограничен одним лишь рациональным расчётом, в нём есть место случайности и стечению обстоятельств. Я надеюсь, ты понимаешь, о чём я, и сможешь донести это до Демиургуса. Я не хочу видеть, как кто-то из вас страдает по моей вине.
– Я сделаю всё, что в моих силах, – поклонился дворецкий. – Однако я уверен, что вам не о чем беспокоиться, Лорд Момонга. Демиургус, безусловно, сможет преодолеть свою секундную слабость и принесёт ещё немало пользы Назарику.
– Тач Ми гордился бы тобой сейчас, Себас, – стараясь говорить внушительно, сообщаю этому лавфул-гуду. – А теперь иди. Нам с Альбедо ещё необходимо навестить пленных.
– Моё почтение, – вновь поклон, и драгоноид направляется к двери.
Таким образом, отослав Себаса капать на мозги Демиургусу, я принялся за то, что так любят все истинные ценители РПГ, а также Тёмные Властелины независимо от происхождения – смотреть, что же за лут выпал из побеждённых. Короткая телепортация к тюремному блоку, нетерпение и азарт в груди… Ветерок не сильно помогал, снимая пики эмоций, но никак не мешая волне подниматься вновь. Неужели они? Тот самый мистический отряд, на происхождение которого в манге были лишь намёки, по крайней мере в тех главах, которые вышли на момент моего сюда попадания? Да, я подозревал, что они связаны с Теократией – это было логично после чужого наблюдения за Нигуном, но вот так просто? Потеряли Писание Солнечного Света и отправили разбираться Чёрное Писание, выдав им ультимативную вундервафлю из наследства Суршаны? Так банально и притом похоже на правду, что хочется плакать… Но нет, ещё ничего не ясно и надо удостовериться, а значит – сжать зубы и шагать… И всё равно, неужели они?..
Старую перечницу с огромными ушами, чьи мочки были ещё дополнительно увеличены путём прокола и вдевания в них какого-то украшения на манер африканских дикарей, я узнал как-то сразу. Ни малейших сомнений и неуверенности, несмотря на то, что её лицо мелькнуло в манге раза полтора, я уже молчу про разницу между рисунком и реальным человеком. Я просто узнал её и всё. Сразу.
Сейчас на ней не было платья, лишь тряпка, брошенная тюремщиками. Украшения из ушей извлекли, оставив крупные дыры в мочках. Длинные седые волосы лежали в беспорядке, так как и все шпильки и прочие женские штучки из них также изъяли. Но я узнал.
Это действительно был ТОТ отряд.
– Где её вещи? – захлопнув смотровое окошко камеры, в которой и у которой дежурили четверо Старших стражников Назарика – элитных скелетов в артефактной броне, поворачиваюсь к Марэ.