— Ступайте вперед, — приказал Челм.
Грофилд зашагал. Он шел с поднятыми руками, а Челм следовал за ним на почтительном расстоянии, и сделать что-либо было невозможно.
Они добрались до подножия лестницы. Если у Грофилда и был какой-то шанс, то только здесь. Или Челм подойдет поближе на лестнице, и Грофилд получит возможность сбить его с ног. Или, наоборот, слишком отстанет, и тогда Грофилд сумеет предпринять попытку к бегству, улизнув через дверь.
Но нет, ничего не вышло. Челм сказал у него за спиной:
— Хватит, стойте. Не поднимайтесь по лестнице и не оборачивайтесь.
А Грофилд как раз собирался обернуться. Он остановился и замер. Что дальше?
— Повернитесь налево, — приказал Челм. Налево — значит, прочь от лестницы. Грофилд повернулся и оказался спиной к ступенькам.
— Три шага вперед, — велел ему Челм. Грофилд сделал три шага вперед и очутился посреди квадратной площадки, откуда не мог ни до чего дотянуться.
— Хорошо, — сказал Челм и заорал: — На помощь! — Грофилд взглянул на него через плечо.
— Ну и дурак же вы, Челм, — сказал он.
— Это мы еще посмотрим. На помощь! Данамато! В подвал!
Над головой раздался топот бегущих ног.
— Ваша сестра проклянет тот день, когда вы родились, — сказал Грофилд. — Она не простит вас до конца жизни.
— А-а, не болтайте глупостей, ничтожество.
— Данамато! Сюда!
Дверь на верхней площадке лестницы с грохотом распахнулась. Появились Фрэнк и бородач. Они уставились на Грофилда и Челма, и Фрэнк сказал:
— Господи!
Они сбежали по лестнице. Грофилд повернулся, но руки его были по-прежнему подняты. Он смотрел, как они приближаются. Все было кончено.
Фрэнк совсем опешил, но бородач, похоже полагал что все происходящее слишком смешно, чтобы быть правдой.
— Ну, милок, — сказал он Грофилду, хохоча ему в лицо. — Все-таки вернулся домой!
Челм протянул бородачу пистолеты и заявил:
— Это его оружие. Не думаю, что у него есть еще.
Посмеиваясь, бородач спросил Грофилда:
— Получается, крошка Рой в одиночку отнял у тебя оба ствола?
— Я думал, он на моей стороне, — объяснил Грофилд.
— Да, весьма печально, — засокрушался бородач и разразился громким хохотом.
Они повели его наверх. Фрэнк шел первым, Грофилд — за ним, смеющийся бородач — за Грофилдом, а ликующий Рой Челм замыкал шествие. Наверху Фрэнк и бородач взяли Грофилда под руки и потащили по коридору. По дороге они встретили Марбу, который сочувственно кивнул Грофилду. Затем свернули налево, миновали еще один коридор и вошли в комнату, где стоял карточный стол.
Данамато поднялся.
— Ах, это ты, ублюдок, — сказал он и изо всех сил ударил Грофилда по губам.
Глава 29
Грофилд почувствовал чью-то нежную руку у себя на лбу.
Он открыл глаза и увидел грустную улыбку Пэт Челм и потолок у нее над головой. Грофилд повернул голову, лежавшую на чем-то мягком.
— Что…
— Тихо, — сказала Пэт и снова прикоснулась к его лицу. Грофилд понял, что лежит на полу, а голова его покоится у нее на коленях. Чуть приподнявшись, Грофилд увидел, что по-прежнему находится в комнате, где Данамато и его люди играли в карты. Поодаль, возле окон, Данамато совещался с тремя своими подручными. Чуть ближе стоял Рой Челм и, прислонившись к стене, с растерянным видом прижимал к окровавленному лицу носовой платок. Он встретился глазами с Грофилдом и тотчас отвернулся.
Грофилд снова опустил голову на колени Пэт.
— Что случилось с твоим братом?
— Я ударила его, — сурово ответила она.
— Господи, чем?
— Пистолетом, который ты мне дал. Ты бы глазам своим не поверил, увидев, каким петухом он вышел из дома, чтобы привести меня сюда. Он разрешил все затруднения, все устроил, сдал тебя Данамато, и теперь мы в безопасности.
— Я знаю, — сказал Грофилд. — Надо полагать, с его точки зрения это было вполне разумно.
— А почему бы и нет? — тихо, но злобно ответила Пэт. — Мало ли, что может показаться разумным придурку.
Грофилд невольно улыбнулся.
— Я пытался втолковать ему, что ты будешь недовольна, — сообщил он.
— Теперь он это знает, безмозглый поганец, — внезапно Пэт склонилась к Грофилду, и ее грудь коснулась его подбородка. — Ах, Алан, прости меня! Кабы я только знала, какой Рой дурак, никогда не втянула бы тебя в эту переделку. Оставила бы его гнить здесь.