Мама неопределенно хмыкнула, но спорить не стала. И глядя на мой энтузиазм с цветами, улыбнулась. В руках она держала небольшой конверт с печатью частной клиники.
— Раз уж у тебя такое хорошее настроение, я решила, что тебе пора получить свой главный подарок на восемнадцатилетие, — она протянула мне конверт. — Я уговорила отца. У тебя есть разрешение на посещение Лео. Завтра утром машина отвезёт тебя к нему. Только на час, но...
Я замерла, выронив из рук секатор. Внутри всё так и подпрыгнуло от восторга.
— Мам! Ты серьёзно?! — я вцепилась в конверт, чувствуя, как по лицу расплывается самая широкая улыбка за последние месяцы. — Спасибо! Господи, наконец-то!
Я чуть не пустилась в пляс прямо в гостиной. Наконец-то я увижу Лео! Расскажу ему всё: и про то, как Алан наконец-то свалил из моей жизни, и про Марка, и про щенков. Лео точно оценит историю про то, как я «дрессирую» богатенького мальчика с какао.
— Только пообещай мне, что не будешь подстрекать его к побегу, — вздохнула мама, но по её глазам было видно, что она сама рада видеть меня такой счастливой.
Я закатила глаза, прижимая заветную бумажку к груди.
— Мам, я просто соскучилась по единственному нормальному человеку в этой семье. Теперь, когда Алан больше не дышит мне в затылок, я могу спокойно съездить к брату и не бояться, что этот цепной пёс доложит отцу о каждом нашем слове. Жизнь официально становится прекрасной!
Я побежала в свою комнату, чтобы написать Марку, что завтра утром буду занята, а сама уже мысленно перебирала все те «черные» шутки, которыми мы перекинемся с Лео при встрече. Свобода от Алана и встреча с братом — это был лучший период в моей жизни.
14 глава
Когда тяжелые двери частного крыла открылись, я ожидала увидеть брата в смирительной рубашке или овощем под таблетками. Но Лео сидел в своей «палате», которая больше напоминала люксовый номер, и… рисовал. Прямо на обоях. Красной краской. Или не краской — я предпочла не уточнять.
— Касси! — он обернулся, и его глаза вспыхнули тем самым знакомым, лихорадочным блеском. — Сестренка, ты пришла посмотреть на мой новый проект? Я тут пересчитываю всех, кто когда-либо переходил нам дорогу. Пока что на этой стене не хватает места для всех их грехов.
Вместо изможденного пациента я увидела кого-то другого. Лео не просто не сдал — он стал пугающе огромным. За время в изоляции он раздался в плечах, стал каким-то жестким, литым, будто его тело переплавили из плоти в сталь. Его движения больше не были хаотичными; теперь он двигался с тяжелой, хищной грацией зверя, запертого в тесной клетке.
Когда он подошел и обнял меня, я почувствовала под пальцами не домашнюю одежду, а гору стальных мышц. Он сжал меня так крепко, что в груди что-то подозрительно хрустнуло, а дыхание перехватило. От него больше не пахло домом — только едким антисептиком, потом и чем-то острым, металлическим, как от свежезаточенного клинка. В этом новом, массивном Лео человеческого осталось еще меньше, чем в прежнем.
— Лео, да ты совсем не изменился в лучшую сторону... скорее наоборот, — я усмехнулась, отстраняясь и с трудом переводя дух, оглядывая его художества на стенах. — Мама думает, ты тут исцеляешься, а ты, кажется, просто качаешься и планируешь новую жатву?
— Исцеление — это для тех, кто болен, Касси, — он широко улыбнулся, но его глаза остались мертвыми, неподвижными льдинками. В этой улыбке было столько бесстрастного, чистого помешательства, что по моей спине пробежал холодок. — А я просто… расширяю кругозор. Ну, рассказывай! Как ты там без меня? Всё еще строишь из себя принцессу или уже нашла кого-то, кому можно пустить кровь ради развлечения?
Я замялась, вспоминая Марка и какао.
— Я встретила парня. Его зовут Марк. Он… обычный. Добрый. Мы кормим щенков и гуляем в парке.
Лео на мгновение замер, а потом разразился хриплым, лающим смехом. Он схватил меня за плечи, заглядывая в глаза так близко, что я видела лопнувшие капилляры в его белках.
— Обычный? Добрый? — он почти пропел эти слова, кривясь в гримасе. — Касси, ты же знаешь, что мы с тобой — хищники. Неужели тебе не скучно с этим травоядным? Знаешь, что случается, когда лиса пытается играть с кроликом? Рано или поздно она откусывает ему голову просто потому, что ей не нравится вкус морковки.