Он внезапно стал серьезным и провел холодным пальцем по моей щеке.
— Не заигрывайся в нормальность, сестренка. Я здесь закончу свои «чертежи», и мы снова устроим что-нибудь грандиозное. Обещай мне, что когда кролик тебе надоест, ты принесешь мне его уши..
Улыбка, которая только что была на моем лице, мгновенно испарилась. Я резко сбросила его руки со своих плеч. Внутри всё вспыхнуло от неожиданной, колючей ярости.
Лео не шутил. В его голосе не было и тени эмоций — ни злобы, ни азарта, только сухая, бесчувственная констатация факта. Для него люди действительно были просто объектами: либо полезными, либо мертвыми.
В нем не осталось ничего человеческого. Он был холодным, расчетливым и абсолютно пустым внутри.
— Ты совсем меня не слышишь, да? — я сделала шаг назад, чувствуя, как внутри меня всё протестует. — Ты не понимаешь, что я говорю о чувствах, Лео. О тепле. О том, что мне наконец-то не хочется никого уничтожать.
Лео наклонил голову набок, изучая меня, как насекомое под микроскопом. Его лицо было неподвижным, как гипсовая маска.
— Тепло — это иллюзия, Касси. Временный сбой в системе, — его голос был ровным и монотонным, от чего мурашки пошли по коже. — Ты — это я. Твоё «тепло» — лишь тонкий слой пепла над бездной. Рано или поздно кролик совершит ошибку, и ты сама не заметишь, как перережешь ему горло. Просто чтобы посмотреть, что у него внутри.
— Нет, — отрезала я, и мой голос дрогнул от ярости. — Я не такая, как ты. Я не хочу быть куском льда, Лео. Если для тебя весь мир — это чертеж для убийств, то мне тебя жаль.
Я резко развернулась и пошла к выходу. Мои каблуки громко стучали по кафелю, выбивая ритм моего негодования.
— Увидимся на похоронах твоих иллюзий, сестренка, — донесся мне в спину его бесстрастный голос.
Я выскочила из клиники, чувствуя, как меня колотит. Воздух казался слишком холодным, но даже он был теплее, чем присутствие Лео. Я быстро достала телефон, пальцы дрожали, когда я набирала сообщение Марку: «Приезжай скорее. Мне нужно тебя увидеть. Пожалуйста».
Только сейчас я осознала, насколько мы с братом разные. В нем не было ничего, кроме тьмы, а я... я отчаянно цеплялась за свет Марка, боясь, что Лео окажется прав.
15 глава
Квартира Марка казалась мне островком безопасности. Здесь всё было пропитано простотой: разбросанные книги, миска Бандита у порога, мягкий свет торшера. Я скинула туфли и с наслаждением провалилась в глубокое кресло.
— Чай или что-нибудь покрепче? — спросил Марк, снимая куртку.
Я наблюдала за ним со спины. Странно, но в полумраке его плечи казались шире, чем обычно. Движения, которые раньше были немного неуклюжими и суетливыми, стали пугающе точными. Он двигался абсолютно бесшумно, словно хищник, который идеально выучил планировку этой комнаты.
— Чай, пожалуйста. С бергамотом, — ответила я, прикрывая глаза.
Он замер у кухонной стойки всего на секунду. Чуть дольше, чем нужно.
— Конечно, — отозвался он. Голос был прежним, но в интонации проскользнула какая-то новая, металлическая нотка, которую я уже слышала сегодня в клинике у Лео. — С двумя ложками сахара, как ты любишь.
Я улыбнулась. Да, он помнил всё.
Марк подошел и протянул мне чашку. Когда я забирала её, наши пальцы соприкоснулись. Я вздрогнула. Его кожа была неестественно горячей, почти обжигающей — так всегда было у Алана. И пульсация... я почувствовала, как под его кожей перекатывается мощная, первобытная сила, которой у обычного парня Марка никогда не было.
Я подняла на него взгляд. Марк смотрел на меня сверху вниз. Его зрачки были расширены, почти скрывая радужку, и в глубине этих глаз на мгновение мелькнула золотистая искра — та самая, что преследовала меня в кошмарах.
— Ты... ты в порядке? — прошептала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — У тебя глаза... странные.
Он тут же присел на корточки перед моим креслом, возвращая лицу то самое мягкое, заботливое выражение, которое я так ценила. Он взял мои ладони в свои и поднес их к своим губам.
— Просто устал, Касси. Переживал за тебя, — он поцеловал мои пальцы. Это не был нежный поцелуй Марка. Его губы требовательно прижались к моей коже, и я почувствовала, как он глубоко, почти жадно вдыхает мой запах. — Ты даже не представляешь, как тяжело мне было... ждать тебя.