— Ты говоришь так, будто мы не виделись вечность, — я попыталась усмехнуться, но внутри всё сжалось.
— Для меня это и была вечность, — отрезал он.
Он поднялся и выключил основной свет, оставляя только маленькую лампу в углу.
— Иди в спальню, Касси. Твои вещи уже там. Тебе нужно поспать. Я буду в гостиной, буду охранять твой сон. Обещаю, теперь никто — ни твой отец, ни твой брат, ни этот... чертов охранник — больше не прикоснется к тебе.
Я послушно встала и пошла в спальню. Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной. Почему сердце колотится так, будто я в опасности? Это же Марк. Добрый, милый Марк.
Касси действительно слишком сильно хотела верить в сказку. Весь этот холод, исходящий от Лео, и мрачная тень Алана, которая годами висела над ней, настолько измотали её, что мозг просто отказался принимать тревожные сигналы. «Я просто перенервничала в клинике», — подумала она, прижимаясь лбом к прохладной поверхности двери. — «Мне везде мерещатся волки и маньяки. Это просто Марк. Мой добрый, теплый Марк».
Выдохнув, я отбросила все сомнения. Я хотела любви. Я хотела быть нежной.
Я переоделась в одну из его огромных футболок, которая пахла его кондиционером для белья, и вышла обратно в гостиную. «Марк» стоял у окна, глядя на ночной город. Его фигура в темноте казалась монументальной, но как только я подошла, он обернулся, и я увидела в его взгляде ту самую мягкость.
— Не спится? — тихо спросил он.
Я подошла к нему вплотную и, вопреки своей обычной привычке держать дистанцию, обхватила его руками за талию, прижимаясь щекой к его груди. Я почувствовала, как он на мгновение замер, всё его тело стало твердым как камень, а дыхание прервалось.
— Спасибо, что забрал меня, — прошептала я, закрывая глаза. — Знаешь, Лео говорил ужасные вещи... Он сказал, что я холодная, как он. Но рядом с тобой мне так тепло. Ты единственный, кто видит во мне человека, а не инструмент.
Я подняла голову и ласково провела ладонью по его щеке.
— Я хочу эту неделю провести только с тобой. Без телефонов, без прошлого. Будем только мы, хорошо?
Марк медленно накрыл мою ладонь своей. Его пальцы слегка дрожали, и я приняла это за волнение.
— Только ты и я, маленькая...лилия — сорвалось с его губ.
Я на секунду замерла. Он никогда не называл меня так раньше. Но я тут же улыбнулась, списывая это на романтичный порыв.
— Какое красивое прозвище. Мне нравится.
Я встала на цыпочки и нежно, почти невесомо поцеловала его в уголок губ.
— Спокойной ночи, Марк.
16 глава
Мы решили выбраться в центр. Мне хотелось простого человеческого досуга: поглазеть на витрины, зайти в книжный и, может, перекусить в том шумном кафе у фонтана, где всегда полно студентов.
Как только мы вышли из подъезда, я снова поймала себя на странном ощущении. Обычно Марк шел рядом, немного суетливо поправляя сумку или заглядывая мне в лицо. Сейчас он шел на полшага впереди, словно прикрывая меня собой. Его подбородок был поднят, а взгляд сканировал улицу с такой интенсивностью, будто мы были на минном поле, а не на тихом бульваре.
— Ты сегодня такой... сосредоточенный, — я взяла его за руку, пытаясь сбить этот ритм.
— Просто много людей, Касси. Не хочу, чтобы тебя задели, — коротко ответил он.
Его ладонь была твердой и горячей. Когда мы свернули на оживленную торговую улицу, началось самое странное. Обычно в такой толпе приходится лавировать, задевать кого-то плечами, извиняться. Но сегодня... стоило нам подойти к группе подростков или паре, идущей навстречу, как они тут же, даже не глядя на нас, отступали в сторону.
Люди инстинктивно освобождали путь, словно чувствовали спиной приближение чего-то крупного и опасного. Высокий парень, который в спешке едва не врезался в меня, внезапно замер, встретился взглядом с Марком и побледнел. Он пробормотал что-то похожее на извинения и буквально вжался в стену магазина, пропуская нас.
— Видела? — я тихо засмеялась. — Кажется, ты сегодня выглядишь очень сурово. Даже вон тот качок испугался.
Марк даже не улыбнулся. Он лишь крепче сжал мою руку, и я почувствовала, как под его кожей проступили вены.
— Люди чувствуют силу, — равнодушно бросил он. — Это нормально.