Мы сели с отцом на бревно, он, как и я, молча смотрел на воду.
— Отец, — решил нарушить тишину первым. — Расскажи, а как ты укрепил свое тело?
— Тебе рано об этом думать, Алан.
— Я устал болеть, устал ждать и хочу быть сильным, как ты, и никогда не болеть!
— Алан, когда начнешь чувствовать энергию вокруг, я научу тебя, чему я сам смог научиться.
— А как ты научился?
— Однажды я встретил идущего. Он пришел в Лэй Киола. Он показал, как с помощью энергии можно укрепить организм.
— А он был сильным?
— Да, сын, он был сильнее всех, кого я видел.
— Почему я никогда не видел идущих, кроме тебя, отец?
— Я не могу считаться идущим, — усмехнулся отец и продолжил: — Потому что им здесь нечего делать. В нашей долине очень мало энергии, поэтому у нас очень мало людей, способных развиться выше ранга закалки. Максимум, на что мы способны здесь, это немного укрепить организм, чтобы не бояться болезней и небольших порезов.
— А настоящие идущие не боятся даже больших порезов? — воскликнул я.
— Нет.
Отец замолчал. Я задумался о жизни идущих. Насколько им жить проще, не боясь ни заболеть, ни даже порезов!
— Тот идущий, который меня научил укреплять тело, был ранен. У него не было руки. Я ему помог, дал приют. Поэтому он помог мне. На утро я обнаружил, что у него рука отросла за ночь.
— Ого! — воскликнул я. — Прямо как хвост у ящериц?
— Значительно быстрее, Алан. Значительно быстрее.
Начало темнеть. Отец посмотрел в сторону уже слабо заметного солнца и со вздохом встал.
— Пошли, Алан. Тебе пора поспать.
Я дошел до своего ящика, потратив все свои, и так небольшие, силы. Перед тем как заснуть, я представлял, как стану сильным мастером и буду летать на своем мече.
***
Утро началось как обычно. Из окна пробивались первые лучи солнца, а отец уже приготовил новый отвар.
Протянув его мне, отец вышел — пришло время проверять сети и собирать рыбу. Поморщившись от горького отвара, я допил его и, осторожно встав, вышел из дома.
Умывшись и справив свои дела, я сел на бревно и стал ждать, когда отец закончит.
Наконец, закончив, отец вернулся с корзиной для рыбы. Его лицо было непривычно хмурым.
— Что-то порвало сеть, — сказал он мне. — Дыра под метр, наверное, ночью кто-то охотился в нашей реке.
— Большая рыба?
— Скорее всего, да. Давненько к нам не заплывали такие рыбы. Я должен попробовать её выловить.
— Я тоже хочу!
— Это опасно, Алан. Речная рыба с такими размерами может обозначать только одно: это духовная рыба.
— Духовная рыба? — удивился я.
— Да, духовными могут быть не только рыбы, но и животные. Это означает, что они научились пользоваться энергией Неба и используют её для себя.
— Но как ты поймаешь такую рыбу?
— Есть способ, — улыбнулся в бороду отец. — Древний, но действенный. Буду ловить на удочку.
— Она же просто порвет леску, если сеть смогла прорвать.
— Моя удочка особая. Её делали идущие, поэтому она может выдержать вес и силу рыбы ранга ученик!
— Ух ты! Почему я её ни разу не видел?
— Она слишком ценная, поэтому я ей не пользуюсь. Но сейчас нам нужны деньги. А в рыбе может быть духовный камень внутри.
— Что такое духовный камень?
— Духовные животные, начиная поглощать энергию, копят её в одной точке, около сердца. Постепенно там образуется духовный камень. Это очень ценная вещь, так как она содержит много энергии.
— Если это так, то зачем продавать этот камень? Может, пустить его на укрепление тела?
— Увы, но ты не сможешь контролировать её силу. Я тоже не смогу. Даже если бы ты смог начать поглощать энергию из камня, то, скорее всего, такое количество силы просто бы сожгло тебя.
Представив перспективы быть сожжённым энергией, поежился. Отец ушел в дом, а я остался и продолжил смотреть на реку. Это действие мне всегда нравилось. Казалось, что можно смотреть бесконечно на то, как течет вода.
Вскоре отец сел рядом и, доставая мелкую свежевыловленную рыбешку, начал кидать её в воду.
— Приманивать буду эту тварь, — пояснил отец свои действия. — Тебе нужно будет отойти — некоторые духовные животные могут использовать энергию для атак на расстоянии. Хоть и не думаю, что в нашей глуши есть хоть одно существо выше ранга ученик. А значит, что максимум, чего добилась эта рыба, это лишь укрепление своего тела.