— Ты, — указал он на оставшегося помимо меня мужчину. У него голос был громче, поэтому я расслышал, о чем был разговор.
— Я начал ощущать её, но не получается вдыхать телом, только через нос.
— Не переживай, Рихта, в твоем возрасте просто сложно перестроить своё сознание. Ты просто продолжай практиковаться каждый день.
— Спасибо, — поклонился мужчина и тут же ушел.
Неужели он стоял так долго лишь ради ободрения наставника, удивился я. Сам наставник уже посмотрел на меня и махнул рукой.
Подойдя к нему, я поклонился ещё раз.
— Ты Алан, верно? — произнес Ли. Я кивнул.
Мы направились к ристалищу, где были каменные скамейки. На одну из них указал мне наставник, и я уселся. Сам Ли остался на ногах и начал говорить:
— Весь мир, вся вселенная и все живые существа насквозь пронизаны энергией Ци. Ее в народе называют энергией Неба. Она позволяет всем телам существовать в той форме, в которой они существуют.
Но есть существа, чья воля достаточно сильна, чтобы поглощать и влиять на энергию Ци. Это демоны, люди и некоторые животные.
У всех демонов есть способность управлять энергией Ци. Они не могут существовать без нее. Люди же приобретают эту способность в течение своей жизни, при этом не все из них. В этом плане мы отличаемся от животных только количеством тех, кто научился этому.
Энергия Ци поступает сверху и пронизывает весь мир сверху вниз, поэтому ее и называют энергией Неба. Существ, кто ступил на путь собственного развития, называют Идущими к Небу или Идущими к Бессмертию. Путь к Небу или же Бессмертию состоит из девяти ступеней, каждая из которых обозначает этап возвышения...
— Скажите, учитель, а вы на какой ступени? — вопросов у меня появилось сразу же куча, и я, не выдержав, задал один из них.
Ли немного помолчал, а затем взглянул прямо в глаза:
— На этот раз наказания не будет, но крепко запомни: в этом мире действует право сильного. Если ты обращаешься к человеку сильнее тебя, то должен обращаться к нему, называя его Старший. Во-вторых, я тебе не учитель, не смей меня так называть. Я не учу, я наставляю. И, в-третьих, если старший тебе не давал слова, не перебивай. Если ты что-то из этого не поймешь, то ко мне можешь не ходить больше никогда.
— Прошу прощения, наставник, — склонил я голову, стараясь скрыть обиду. Угроза прекратить обучение напугала меня сильнее, чем сама обида на резкие слова.
— Продолжим. На пути возвышения, как и на любых дорогах, есть свои преграды. Самая первая преграда, отделяющая простых людей от идущих ранга Ученик, это умение чувствовать энергию. Человек, чья воля слаба настолько, что он не может даже почувствовать Ци, никогда не сможет возвыситься. Ты наверняка шел сюда и думал, что я смогу тебя научить как ее почувствовать, но должен тебя расстроить: невозможно передать это знание тому, у кого нет такой способности.
Как ни парадоксально, но чтобы стать учеником, сначала ты должен сам научиться. Нет определенных способов, которые могут дать тебе ощущение Ци. Это чувство, которое ты еще не испытывал. Это не жар, не холод, не запах и не вкус.
— Как научишься, приходи ко мне, помогу со ступенью Ученика, — закончил наставник. А я в удивлении раскрыл рот. «И это все?» — хотелось выкрикнуть ему. Но делать этого, конечно же, не стал.
Но наставник, видимо, сам прочитал на лице мой вопрос:
— Да, это все. Просто помни, ты должен ощутить неощущаемое. И включай свою фантазию.
После этого Ли развернулся и ушел. А я в прострации сидел на скамейке.
Я целый месяц ждал этого дня, чтобы услышать, что всё должен делать сам? Да любой мог мне об этом сказать! Как это вообще — почувствовать то, что нельзя почувствовать? Сделай то, не знаю что! Так, ворча и злясь, я пошел домой — мои ежедневные дела подмастерья никто не отменял.
Мира уже проснулась и пребывала в отличном настроении, судя по улыбке. Но, увидев мое настроение, перестала улыбаться.
— Ты чего такой смурной?
— Я целый месяц ждал, чтобы услышать только то, что мне нужно почувствовать энергию Неба самому! — возмутился я.
— А ты как думал? Что тебе дадут пилюлю, и ты резко станешь Идущим? — тепло улыбнулась Мира.
— Я в целом там пробыл минут пять, а ждал больше часа!
— Всего лишь пять минут? — нахмурилась она. — Странно, обычно он любит длинные лекции.
Затем она посмотрела на меня:
— Если его, конечно, никто не перебивает.
Я с виноватым видом отвел взгляд в сторону.
— Не переживай так, Алан. На самом деле, тебе нет никакой пользы от его лекций сейчас. Главное, он сказал: ощути неощущаемое. Звучит противоречиво, я понимаю, но это возможно.