Я уверен: если за мной идет охота, то от нее не избавиться, если вечно прятаться. А значит, надо стать сильным настолько, чтобы суметь отстоять свое право на жизнь даже перед Великими школами. Как Император. От неожиданного сравнения на мгновение перехватило дух. Я покатал удивительное сравнение по языку, словно пробуя его на вкус. Стать сильным, как Император. Да, именно так! Я стану самым сильным в мире.
Походка изменилась на уверенную, и до дома я уже дошел с высоко поднятой головой. У меня ведь есть повод порадоваться. Я талант! Пусть не так я себе их представлял, но именно таких, как я, брали в ученики в Школе Изумрудного Дракона. От этой мысли стало еще теплее, и в дом я входил с хорошим настроением.
— Ну как? — с любопытством спросила Мира.
— Он меня выгоняет из деревни, — не стал я утаивать.
— Что?! Не может быть! Я с ним разговаривала сегодня! Ну-ка, давай, присаживайся, рассказывай все сначала.
Я с равнодушным видом уселся на скамейку на нашем заднем дворе, а Мира встала рядом. Ничего не скрывая, я рассказал ей все. После того как я закончил, мы еще некоторое время помолчали.
— Я пойду к нему и разберусь! Ишь, что удумал — ребенка выгонять! — решительно нарушила тишину Мира.
— Стойте... — я запнулся, но она не обратила внимания. — Мира, он прав. Если за мной охота, то они обязательно придут сюда. И вряд ли будут разбираться, кто виноват в укрывании меня. Уверен, что за это могут и убить.
— Да куда же ты пойдешь, мальчик! — возмущенно закричала Мира. Но по ее глазам я понял, что она все уже поняла, но не хотела мириться.
— Я пойду по тракту, потом сверну куда-нибудь в глубину равнин, там меня будет сложно найти. Устроюсь подмастерьем в какой-нибудь деревне. Буду становиться сильнее.
Мира промолчала, но я все понял по ее глазам. Ей не хотелось меня отпускать — она привязалась ко мне за эти два месяца, как и я к ней. Мне кажется, она видела во мне сына. Сына, которого у нее никогда не было. Но она понимала решение Старосты и поддерживала его.
— Значит, меньше года. Я никогда не слышала о закаливании тела энергией третьего уровня. Но это меня не касается. Мне нужно обеспечить тебя лечащими зельями, чтобы ты не терял время зря.
— Мира, — окликнул я женщину, которая уже начала собираться. Она обернулась и в ожидании посмотрела на меня.
— По поводу долга, — продолжил я. — Сколько я сейчас должен тебе?
— Я за этот месяц продала около двадцати твоих зелий, сейчас твой долг чуть выше ползолотого.
— Всего-то? — удивился я.
— Ну да. Сейчас был сезон походов. Но зимой продаж не будет, и осенью спрос спадет. В эти времена года в Мертвый лес собирается очень мало желающих.
— Если я наготовлю зелий, ты сможешь их продать после того, как я уйду?
— Да, конечно, — кивнула Мира. — В моем подвале они могут храниться годами.
— Хорошо, значит, успею выплатить. Могу я начать сегодня, чтобы не задерживать долг?
— Как хочешь, где все лежит, знаешь. Только тоников больше сотни не готовь.
— Я понял.
Мира ушла, и я не стал долго рассиживаться во дворе. Далее сразу же направился в мастерскую, чтобы продолжить. Конечно, меня интересовала техника закаливания тела, но, думаю, что первым делом необходимо закрыть долг, чтобы иметь возможность уйти из дома в любой момент.
Я работал допоздна, делая все механически. За день у меня вышло двенадцать тонизирующих зелий и два зелья от легких болезней. Мира проверила каждое и признала качественными.
На следующий день я также не стал отвлекаться ни на что, с утра начав готовку зелий. Я старался готовить более дорогие зелья, но они занимали большое количество времени.
И только спустя неделю, когда я заставил все полки холодного погреба баночками, Мира сообщила, что мой долг полностью закрыт.
Тогда я попросил у нее разрешения готовить зелья восстановления, которые помогли мне вылечить внутренние раны. В обмен на ресурсы и инструменты предложил отдавать ей половину всех создаваемых зелий. Такой вариант Миру устроил, поэтому я продолжил зельеварение.
Поначалу получалось очень медленно: в первый день я смог приготовить всего одно зелье, которое Мира признала качественным. На следующий день получилось целых пять, и, рассчитавшись с женщиной, у меня оказалось три зелья.