Единственной отдушиной среди моих дней боли оставалась Мира. Чтобы взбодрить меня, она готовила мне травяные чаи и рассказывала разные истории из своей жизни. Они были как грустные, так и веселые. Я узнавал больше о внешнем мире, о других городах и школах. О том внешнем мире, в котором мне уже скоро придется жить.
Мне очень нравится Долина Цветов. Казалось, эта деревня вобрала в себя все лучшее от города и деревни и создала нечто уникальное. Так говорила Мира, и так считаю я.
Сегодня я впервые улыбнулся над историей Миры об учебе. Она часто рассказывала такие истории, и не сказать, что сегодняшняя оказалась смешнее остальных. Просто сегодня я наконец-то полностью завершил закалку кожи. Раз за разом с большим удовлетворением пытался ущипнуть себя, и у меня не получалось. Не получалось пока что, так как мышцы я еще не укреплял.
С кожей было легче, ведь я ее видел почти везде или мог пощупать. Но вот с внутренними органами уже сложнее. Уже сейчас можно сказать, что я на самой начальной стадии Закалки Тела. Поэтому для продолжения закалки мне требуется знание анатомии. Я могу сказать, где находится сердце, но какие у него сосуды или какие мышцы в теле я не знаю.
— Мира, — обратился я к женщине, когда она закончила историю и отхлебнула травяного настоя.
— М? — тепло улыбнулась она в ответ на мою улыбку.
— Научите меня анатомии, пожалуйста.
— Это займет очень много времени.
— Сколько?
— Я училась два года.
— Ого, — вздохнул я.
— Не переживай, я же не каждый день училась именно анатомии и строению человеческого тела, у меня были и другие занятия. Думаю, если очень постараешься, сможешь выучить все за месяц или два.
— Это тоже много, — задумался я. — Неизвестно, сколько времени займет их закалка.
— Ты прав, закалка внутренних органов требует более внимательного подхода. Даже вторым уровнем энергии можно повредить их так, что восстановление может занять довольно продолжительное время.
— Я тут подумал, может, ты умеешь варить зелья, чтобы я мог не спать дольше и учиться?
— А я что, должна тоже не спать? — хитро прищурила глаза Мира. — Нет уж, такое зелье нам не подходит. Но есть один рецептик у меня. Дорогой, как ты понимаешь.
— Что за зелье? — с любопытством взглянул на нее.
— Это зелье для работы мозга, позволяет лучше учиться, но последствия у него жуткие.
— Это какие же?
— Сонливость жуткая, причем где-то на неделю. Зато сможешь выучить всю анатомию за одну ночь.
— Всего то, - хмыкнул я. - Насколько оно дорогое?
— Посмотрю на тебя после него, - хохотнула Мира. - Зелье дорогое не потому, что ингредиенты сложно достать. Дорогое оно потому, что его необходимо варить индивидуально.
— А вы умеете?
— Конечно, умею, — делано возмутилась Мира. — Звание мастера просто так не присваивают, знаешь ли.
— Извините, мастер, — покорно склонил я голову, пряча свою улыбку.
— В общем, где-то в золотой я оцениваю это зелье.
— Я могу сварить еще зелий, — начал было я, но Мира перебила меня и замахала руками.
— Никакого долга, считай, я саму себя выкупаю у тебя! Вместо месяцев занятий всего лишь ночь — это же два месяца выходных, — засмеялась она.
После того случая с данной Небу клятвой Мира придумывает разные уловки, чтобы не давать мне что-то в долг. Прошлый спор о том, что я буду отдавать ей часть зелий в обмен на ресурсы для зелий, продлился целых два часа! Поэтому в этот раз я решил не спорить и принять подарок женщины.
Да, я смог выучить строение человеческого тела всего за одну ночь, причём довольно хорошо. Даже не подозревал, насколько сложный организм у людей! Но сейчас я могу наизусть повторить названия всех костей, расположение всех кровеносных сосудов или влияние какого-либо органа на всю систему организма. Однако после того, как зелье перестало действовать, меня сразу же выключило, как от сильного удара, и вся неделя прошла как в бреду. До сих пор не помню, что ел или чем занимался. Помню только попытки войти в медитацию, но любая из них приводила к неконтролируемому сну.
Сегодня выпал первый снег, и я наконец почувствовал себя получше. И пусть мой рот невольно раскрывался в широком зевке при каждой мысли о медитации, но я уже мог себя контролировать и не засыпать.
Несмотря на то что снег был первым, он оказался довольно плотным. Казалось, что земля обросла белоснежным мехом, как у снежных тушканчиков. Снег полностью преобразил деревню, и только иногда среди этого белого «меха» торчали чёрные столбы или острые зубья частокола.