Я собирался пойти в город. Там много людей, и вряд ли кто-то будет обращать внимание на обычного мальчика. Ведь никто не чувствует во мне энергию, потому что я владею только третьим уровнем. А его чувствуют только те, кто уже умеет манипулировать ею, или те, кто близок к этому. Плюс вряд ли там будет хоть кто-то, кто будет знать меня в лицо. А если и узнает мельком, то я неплохо окреп за этот год. Избавившись от болезни, я так же избавился от худобы и стал сильнее. Не скажу, что я уже состою из стальных мышц, но окреп я хорошо. Так же я отрастил волосы, которые сейчас были завязаны сзади, как у наставника Ли.
Вспомнив наставника, я так же вспомнил Иту и остальных ребят. Я так мечтал заниматься вместе с ними, но вышло так, что я их уже обогнал. За Иту я, кстати, не переживал. Перед тем как уйти, она вышла из иллюзий и спала обычным сном. Но её пробуждения не стал ждать. Кузнец же каким-то образом понял, что я ухожу, поэтому подарил мне немного серебряных монет. Учитывая, что в моём кошельке уже лежали пять золотых, я даже пересчитывать не стал.
Но обиды на кузнеца я, конечно же, не держал. Хоть он и хороший мастер, но всё же зарабатывает меньше, чем алхимик с образованием в Школе. Уверен, если бы я остался, он подарил бы мне что-то более ценное, может, даже меч бы сковал. Впрочем, я опять замечтался и вытаскивал Иту не за подарки.
Где находится кладбище, я знал до мелочей. Мы с отцом часто ходили сюда, чтобы навести порядок на могиле матери. Отец часто ходил сюда один и подолгу стоял около могилы. Я помнил каждую тропинку, каждый поворот между оградками. Но сейчас, когда я наконец добрался сюда, передо мной расстилалась лишь белая пустыня. Глубокие сугробы скрыли все ориентиры, сравняли могильные холмики с окружающим ландшафтом. Даже дорожек не было видно — зимой здесь никто не бывал, и чистить снег было некому.
Найти отцовскую могилу в таких условиях казалось невозможным. Богатые могилы ещё можно было опознать по каменным стелам, торчащим из снега, как черные пальцы. Но мы никогда не были богатыми, а ставить дорогой памятник отцу оказалось некому. Я медленно прошелся вокруг кладбища, вглядываясь в снежные сугробы, пытаясь угадать хотя бы знакомые очертания могилы матери. Но всё было безнадёжно — снег скрыл все следы. Мысленно пообещав отцу вернуться весной, я отвернулся и пошёл прочь. У меня было другое дело — нужно было найти место, указанное в той странной загадке.
Дорога с кладбища к нашему бывшему дому шла мимо Лэй Киолы, поэтому я не боялся, что меня кто-то заметит и узнает. Да и кто мог меня узнать после стольких лет? Вскоре показались родные места. Вот кривое дерево, на которое я любил забираться в детстве, а отец, притворно сердясь, кричал: «Слезай давай, а то шею сломаешь!» Потом, когда я подрос, он часто вешал на его нижнюю ветку рыболовные сети, аккуратно расправляя каждую ячейку для просушки.
А вот и наше любимое бревно, где мы сидели долгими летними вечерами, наблюдая, как солнце садится за реку. Теперь оно было полностью скрыто под сугробом, но я безошибочно узнал это место. Но когда я поднял глаза туда, где должен был стоять наш дом, у меня перехватило дыхание.
Вместо родных стен из снега торчали лишь чёрные, обугленные остатки брёвен. Мой дом, моё детство, всё, что оставалось от прежней жизни — всё превратилось в пепел. Снег старательно скрывал следы разрушения, но несколько почерневших брёвен, торчащих из белого покрова, выглядели особенно зловеще. Сначала в глазах потемнело от горя, потом краем зрения я заметил, как пальцы сами собой сжались в кулаки.
«Вы за это ответите», — прошептал я мрачно. С трудом взяв себя в руки, я заставил себя отвернуться и посмотреть на противоположный берег. Именно там, если верить загадке, должно было находиться то самое тайное место.
Быстро перейдя по льду, я оказался на другом берегу. Но и здесь всё было скрыто под толстым слоем снега. Я беспомощно огляделся — как можно что-то найти в таких условиях? Копаться в мокром снегу — удовольствие ниже среднего. Тем не менее, я потратил ещё добрых полчаса, бесцельно бродя по берегу и пытаясь найти хоть какой-то ориентир. Всё тщетно — зима надёжно спрятала все следы. Похоже, придётся ждать весны, когда снег растает.
Ещё раз бросив взгляд на пустое место, где находился мой дом, я побрёл в сторону дороги до города. Где сам город я не знал, только сторону, в которую всегда уходил мой отец. Поэтому планировал сначала найти дорогу в город. А то, что она есть наверняка, я догадывался.
В деревне Лэй Киола не было своих мастеров. Ни кузнеца, чтобы чинить плуги и подковывать лошадей, ни плотника, чтобы ладить телеги и чинить крыши. Даже мельника не было, хотя вокруг деревни простирались бескрайние поля. Я помню, как летом золотые волны пшеницы колыхались на ветру до самого горизонта. Это было красивое зрелище.