— Куда мне идти? — вздохнул я и посмотрел в глаза Рэнери.
Он в ответ криво ухмыльнулся и достал из-за пазухи свёрнутый лист. Развернув его, он показал мне карту города.
— Я не могу тебя проводить, сам понимаешь, поэтому запомни всё, что скажу. Смотри сюда...
Глава 17
Ночной Ишар в очередной раз поразил меня своей красотой. Яркий свет от артефактов придавал городу беззаботный вид, особенно на площади. Но сейчас мне было не до красот ночного города. Я уже час сидел на корточках на крыше невысокого сарая, примыкающего к заднему двору того самого величественного белого здания администрации. Холодный весенний ветер пробирался под куртку, но я не ощущал холода. Моё тело, закалённое болью и энергией третьего порядка, работало как идеально настроенный механизм. Я различал, как где-то в двух кварталах отсюда лает собака, улавливал тихие голоса с площади и, что самое важное, слышал мерный стук сапог наёмников внутри здания. — Я не вор, — прошептал я одними губами, словно пытаясь убедить самого себя. Слова прозвучали жалко. Я второй день в городе убийц и воров, а уже сам занимаюсь тем, что было мне противно. Кольцо отца на пальце казалось тяжелее обычного. Металл холодил кожу, будто осуждая меня за то, что я собираюсь использовать наследие великой Школы для тёмных дел. Я вновь сосредоточился на ощущениях внутри. Где-то глубоко, в самом центре моего ядра, сидела крошечная, но ощутимая игла — контракт Рэнери. Она не болела, но я чувствовал её присутствие, как чувствуешь застрявшую в горле рыбью кость. — Раз, два, три... — я считал про себя, синхронизируя счёт со звуком шагов патрульных. Разумеется, я не был профессиональным вором, поэтому не имел понятия, как мне проникнуть вглубь здания бесшумно, и приходилось импровизировать. Рэнери дал мне карту и объяснил расписание смен патрулей, но слепо доверять убийце было бы глупостью. Я не мог ощущать энергию стражников — для меня, лишённого восприятия первых двух уровней силы, они были просто «пустыми» пятнами в пространстве. Поэтому я полагался на то, что досталось мне ценой месяцев пыток, — на свои уши и глаза. Но это было и плюсом: меня так же не чувствовали наёмники. Сейчас меня мог заметить лишь сам Глава или Рэнери. И то, только если бы задались целью найти. В патруле было сразу трое наёмников. Два в тяжёлых доспехах, которые звенели при каждом шаге, и один в кожаной броне — его поступь была тише, шаркающая. Я ждал, когда они сделают поворот за здание. Тогда, согласно расписанию, у меня будет ровно сорок ударов сердца, прежде чем из-за угла выйдет вторая патрульная группа. Я глубоко вдохнул, собираясь с духом, и отсчитывал шаги заворачивающей за здание группы. «Пора», — скомандовал я себе мысленно и прыгнул. Расстояние до стены было приличным — метра четыре. Обычный человек не допрыгнул бы, даже с разбега. Я же лишь оттолкнулся ногами, чувствуя, как пружинят укреплённые мышцы. Полет был недолгим. Пальцы вцепились в каменную кладку стены, но я не издал ни звука. Моё тело само погасило инерцию удара. Я удовлетворённо улыбнулся своим новым возможностям. Подтянувшись, перевалился через гребень стены и мягко, как кошка, приземлился на очищенную от снега дорожку внутреннего двора. Здесь было безмолвно. Окна трёхэтажного здания темнели провалами, лишь на первом этаже горел тусклый свет. Мне нужно было на второй этаж, в восточное крыло. Там, по словам Рэнери, находился «Личный архив» — место, где Неуязвимый хранил свои трофеи. Я прижался к стене, сливаясь с тенью. Сердце билось стремительно, словно я пробежал несколько кругов перед прыжком. Тук… тук… тук… Я постарался замедлить его ритм, чтобы успокоиться. Для этого, как во время медитаций, попробовал сделать круг циркуляции энергии по телу. Приятным теплом сила плескалась по телу, даря успокоение. Я ещё раз неспешно вдохнул прохладный воздух. И, когда сердце успокоилось, неожиданно дверь бокового входа, через которую я планировал проникнуть, скрипнула. Я замер, превратившись в камень. По инструкции Рэнери, эта створка должна быть заперта и оставлена без присмотра до рассвета. Из проёма вышел человек. Он не был стражником — никакой брони, просто свободная рубаха и штаны. Он потянулся, хрустнув суставами, и достал трубку. «Проклятье», — подумал я, лихорадочно считая, сколько у меня осталось времени до появления следующего патруля. Человек чиркнул огнивом. Вспышка на мгновение осветила его лицо — усталое, с глубокими мешками под глазами. Он закурил, выпустив облачко дыма в ночное небо. Неизвестный резкий запах долетел до меня, перебивая свежесть весенней ночи. Видимо, так и пахнет табак. До этого ни разу не видел, чтобы кто-то курил. Наверное, дорогая штука. Мне нужно было пройти мимо него. Расстояние — десять шагов. Если я двинусь, он наверняка заметит движение боковым зрением, всё-таки на улице была не совсем полная ночь. Если останусь — через полминуты вернётся патруль и увидит меня у стены. Я почувствовал, как внутри ядра шевельнулась энергия. Инстинктивно захотелось направить её в ноги, чтобы рвануть вперёд и вырубить его одним ударом. Силы хватит. Я могу сломать ему шею раньше, чем он поймёт, что умер. Эта мысль испугала меня сильнее, чем риск быть пойманным. «Я не убийца», — напомнил я себе. Я не стану таким, как они. Поэтому я остался на месте. С нарастающей тревогой я смотрел на курящего и напрягал слух, чтобы услышать шаги приближающегося патруля. Но, к счастью, патрули не совсем придерживались расписания, потому что их всё ещё не было слышно. Человек докурил, выбил трубку о каблук и, к моему счастью, не стал заходить обратно, а совершил несколько шагов в сторону забора, через который я перелез. Наверняка, решил справить нужду. И вправду, не прошло и минуты, как послышался облегчённый стон и журчание. Это был мой шанс! Не теряя ни секунды, я скользнул к приоткрытой двери. Влетел внутрь, оказавшись в тёмном коридоре. Здесь так же пахло табаком, видимо, створка не очень защищает от этого запаха. Я невольно поморщился. Вдруг сердце пропустило удар, когда половица под ногой предательски скрипнула. Этот шум показался мне невероятно громким, и я замер. Но, вроде, никаких шевелений вокруг слышно не было. Снаружи послышались шаги курильщика, возвращающегося к двери. Поэтому я, не медля, забрался по широкой лестнице на второй этаж и затаился. К счастью, мужчина прошёл дальше по первому этажу, и я остался незамеченным. Выдохнув, я осмотрелся. На втором этаже было темно, так как заведение уже закрыто для посещения. Глаза, привыкшие к темноте, различали очертания мебели и картин, висящих на стене. Под ногами расстилалась ковровая дорожка, настолько мягкая, что мои шаги стали абсолютно бесшумными. Это было мне на руку. Я сверился с картой в голове. Восточное крыло, третья дверь справа. Всё казалось слишком простым, и от этого неприятный холодок полз по спине. Рэнери говорил, что стражникам запрещено подниматься сюда. Интересно, почему? Я сделал несколько шагов, стараясь держаться ближе к стене, чтобы не выделяться. Слева висел огромный портрет мужчины с жёстким взглядом. Наверное, сам глава Гильдии — Неуязвимый. А может и нет, возможно, кто-то из заместителей. Его глаза, казалось, следили за мной, но сейчас мне не было дела до картин. Неожиданно мои уши уловили необычный звук. Это было не дыхание человека и не скрип половиц. Это был странный, сухой цокот. Цок-цок-цок. Словно кто-то постукивал костяшками пальцев по паркету там, где заканчивался ковёр. А следом — низкий, вибрирующий шум, от которого волосы на затылке встали дыбом. Это было рычание, но такое тихое, что обычный человек его бы даже не заметил. Я замер, превратившись в статую, и вгляделся в мрак коридора. Из темноты, метрах в двадцати от меня, проступил тёмный силуэт. Он был слишком приземистым и широким для человека. Существо вышло из тени стены. Это оказался пёс. Но не обычная дворняга, каких полно в трущобах Ишара. Этот был огромным, размером с хорошего телёнка. Его шкура была абсолютно чёрной и словно поглощала свет, а мышцы перекатывались под кожей, как живые камни. Это явно был духовный зверь. Причём не обычный — я почувствовал в нём энергию третьего уровня. Он тоже меня почувствовал. Точнее, мою энергию. Пёс замер, поднял массивную голову и шумно вдохнул воздух. Его уши дёрнулись в сторону. «Рэнери!» — мысленно выругался я. Убийца ни слова не сказал про духовных зверей внутри! Он же не мог не знать о нём! Зверь не видел меня — я стоял в непроглядной тени. И, скорее всего, не слышал — я не двигался. И вряд ли ощущал мой запах, хоть он и принюхивался. Скорее всего, он чувствовал меня. Для духовного зверя, наполненного энергией третьего порядка, такой же источник в теле человека должен сиять в темноте, как факел. Пёс сделал шаг в мою сторону, вновь принюхиваясь. Из его пасти вырвался тихий рык. Он знал, что здесь кто-то есть, но ещё не мог понять, где именно. Я поспешно загнал панику поглубже и начал думать. Бежать нельзя — он догонит меня в два прыжка, а шум поднимет на ноги всё здание. Драться — тож