— Малец, ты в деревне четыре года не появлялся, — покачал головой один из них. — А со старостой мы лет двадцать живём.
— Я тогда предупрежу, что я — Идущий на ступени Закалки.
Они переглянулись, но сзади, подбадривая мужиков, крикнул глава:
— Он врёт, в нём нет энергии!
Хмурые парни в итоге решились и начали окружать меня. По тому, какими медленными они оказались, я понял, что они не выше этапа Ученик. Может, даже не Идущие.
Первый из тех, что отвечал мне, протянул руки, намереваясь схватить за ворот куртки. Сделать этого я ему, конечно же, не дал и легко выскользнул. Второй в это время пытался поймать меня в объятия. Учитывая его размеры, мне показалось, что я не смогу вырваться из его медвежьей хватки даже на своей ступени. Впрочем, от него я так же легко увернулся.
Первое время я легко уклонялся от неловких попыток, а потом кто-то из окружающих мужчин разозлился и решил успокоить меня кулаком. Я пропустил выпад мимо себя и незатейливо ударил в ответ прямо в челюсть. Мужик вытаращил глаза и упал на пятую точку, ошалело глядя на меня. Остальные тоже растерялись — никто не ожидал такой прыти от обычного пацана. Но я не был обычным.
Они все как один остановились. Один из них повернулся к старосте:
— Мальчик — Идущий, ты соврал.
— Но я не чувствую в нём энергии, — непонимающе ответил ему тот.
— Я тоже не чувствую, — вдруг сказал плотник из толпы.
— Тогда почему он такой сильный? — протянул один из нападавших.
— Он одержим демонами! — крикнул староста и посмотрел на людей Рэнери: — Уважаемые, просьба помочь задержать одержимого. Вы обещали нам защиту от демонов взамен изменения правил торговли.
Затем он тихо добавил:
— Я готов пересмотреть некоторые пункты.
Стоящие в стороне мужчины переглянулись и улыбнулись. Затем один из них ответил:
— Я сражался с демонами десять лет и повидал их немало. Мальчик перед нами не одержим и не под чарами. Он, скорее всего, сразу начал восхождение со ступени Закалки Духа. Такое иногда бывает.
— Невозможно! — прошептал староста. А в сборище прокатилась ещё одна удивлённая волна возгласов.
— Я попросил Небо, — вышел я вперёд, — дать мне шанс стать сильнее и отомстить за смерть своего отца. Оно меня услышало, и всего за год я стал Идущим.
Все смотрели на меня. Кто-то недоверчиво, кто-то раздражённо. А кто-то верил.
— Я мог убить тебя, староста. Подкараулить где-то одного и спокойно расправиться с тобой.
На этих словах глава снова потерял самообладание и побледнел. Руки его задергались, а глаза забегали по сторонам, словно выискивая лазейку.
— Но Небо не приветствует подлые убийства, только честные поединки.
Некоторые люди сразу поняли, к чему я клоню. «Поединок чести!» — раздались крики в толпе.
— Поединок чести, — подтвердил я, твёрдо посмотрев врагу в глаза. — Пусть Небо рассудит нас, староста.
Я узнал об этом недавно. Когда мне было нечего делать, Линда приносила разные книги, которые были поблизости. К сожалению, они не были такими же интересными, как свитки Миры. Разные правила управления городами, сёлами и куча бюрократии. От скуки я ознакомился с некоторыми и нашёл в них кое-что стоящее. Про Суд Чести. Если рядом с людьми не было официального правосудия, то суд на себя могло взять Небо. Так называли схватку, на которую могли вызвать своего обидчика. Но причина для этого должна быть весомой. За кражу курицы на такой бой вызвать не получится. И подтвердить право на поединок могли только управленцы. Например, староста.
— Ты не можешь вызвать старосту, — вдруг раздался голос слева. Оттуда вышел мальчик моего возраста, с ненавистью глядя мне в глаза. Я узнал его. — Потому что сначала тебе придётся сразиться со мной!
— Зюзя, не надо! — взмолился отец, глядя на своего сына. Сзади мальчика попыталась остановить мать, но тот грубо откинул её руку.
— Отец, он оскорбил тебя и нашу семью! Ты сам учил, что мы не должны прощать такое простолюдинам!
— Ты думаешь, что я вру? — приподнял я бровь.
— Да! Мой отец никогда не был убийцей!
— Год назад он забрал у моего отца дорогую вещь. Не стал ли он вдруг резко богаче?
В городе я узнал, что такой духовный камень может стоить до десятка золотых, что было настоящим состоянием для деревень. Мальчик передо мной кинул быстрый подозрительный взгляд на родителя, но не намеревался отступать.
— Я помню тебя, — резко выкрикнул Зюзя. — Твоя мать прислуживала нам, когда была жива. Жаль, оказалась бездарной и умерла от обычной болезни, да?