Тем временем Рион, увидевший бьющий снаружи естественный свет, быстро понял, что маг оставил дверь открытой. Если внимательно всё обдумать, предположить, его наверняка кто-нибудь, да видел выходящим из дрянной постройки. «Это может сыграть мне на руку!» - теперь у юноши нашлась прекрасная отговорка на излечивание не работающей конечности. «Если я не воспользуюсь данным мне по доброте душевной шансом, то буду самым настоящим дураком!». Теперь чудодейственное выздоровление есть на кого спихнуть. По правде говоря представитель их касты не видел на юноше никаких повреждений благодаря рубахе, но безобидную ложь всегда можно использовать в свою пользу. Отказавшись от идеи вылечиться за несколько месяцев, молодой человек стал чаще использовать «опутывание», одновременно упражняясь в увеличении действия заклинания. «Да это же как убить сразу двух зайцев одним выстрелом!». Доведя себя до очередного исступления, то бишь предела, который Рион уже успел выяснить, он сидел на прохладной земле, держась за голову. «Ну почему мой терпимый предел интенсивного использования маны составляет несчастных 12 раз?» - жаловался новоявленный маг самому себе на самого себя. Каждый раз, достигая его, хочется свернуться калачиком и побыть в тишине и покое, пока боль в органах хоть немножечко отпустит. «Благо хоть прерванное заклинание в расчёт не идёт, иначе было бы ну совсем уж худо.». Тогда в лесу он этого по не известной причине. «Что хуже всего, я ничерта не разбираюсь в этих дурацких пределах. Нормальный он у меня или нет?» - прошептал сквозь зубы парень, продолжая сидеть с опущенной головой. До следующей перевязки он обязан как можно сильнее постараться и залечить отверстие, «забравшее» руку. «Когда придёт тётя Мира, наступит первая часть моего плана под названием «безнаказанно выбраться из этого места»!».
Пока молодой человек, запертый в потихоньку гниющем сарае, старательно работал над ускорением применения заклинаний, своим чудодейственным самолечением и материализацией более сложного оружия, до ушей старосты дошёл слух о встрече одного из магов с Рионом. Как тут можно не сорваться с места и не поспешить разузнать подробности? Однако только было он решил бросить последние на сегодня дела и отправиться прямиком к «пленнику», как ни с того ни с сего на голову свалилось неожиданное. Цокнув языком, мужчина решил отсрочить до следующего дня. «Ладно, утром схожу, всё равно никуда не убежит.». Домой вернулся он совсем поздно и, ужасно устав от непрерывной беготни, разулся, разделся и, натянув ночную рубашку, намертво повалился на чуть скрипнувшую кровать. Тем временем ложно обвинённый второй раз за сутки довёл себя до предела и сидел подрагивал от боли. Но полученные результаты вырисовывали на больном лице не сходящую улыбку. Гори здесь какой-нибудь свет, на юношу, несмотря на его горящие глаза, было бы страшно смотреть. Грязный, похудевший, бледный, синяки под глазами чуть ли не на пол-лица. Так почему же маг улыбался? Всё просто. Внимательно, время от времени, ощупывая себя, он наконец почувствовал изменение в своём состоянии: дыромаха на теле чуток под уменьшилась. «Пусть я до сих пор её не контролирую, уже совсем скоро смогу это исправить. Плюс, ко всему прочему, время «опутывания» наконец стало увеличиваться. Двух зайцев одним выстрелом, хе-хе.». Первое заклинание, наложенное на себя, не продержалось и половины минуты. Сейчас же его действие уверенно приближалось к 40 секундам. «Практика, практика и только практика!» - услышь кто маниакальный голос, раздающийся из сарая, как минимум бы вздрогнул и посчитал бы, что «повинный» начал дружить с кукухой.