Спустя час блужданий святая Венелия наконец вознаградила мои страдания! Две ночи на городском кладбище, без еды и воды и вот наконец! Группа солдат строила баррикады, за их спинами виднелись винтовки , а на поясе висела кобура, они отправят меня к ней! Подходя к ним я дрожал как осиновый лист, наверняка я выглядел жалко, ну а впрочем какая разница? На их стандартную просьбу о наличии документов я выдал им мой потрепанный паспорт, пока они смотрели в него, я клял их как паршивых псов, вся моя злобы была направленна на их персоны, но невзирая на это, они сохраняли ледяное спокойствие. Выстроившись ровной шеренгой, они сделали мне почтительный поклон, что за фарс? Я... Я сошел с ума? Тем лучше! Подойдя ближе, я выхватил у одного из них пистолет, но он даже не шелохнулся, он застыл словно статуя.
-Оружие в полном порядке господин комиссар!
-Что ты несешь?
-Ну как же, стальной протез, черные волосы, документ...
-Ах и вы заболели! Когда же эта дрянь отпустит мир!
Извинившись, он протянул обратно мой паспорт, гнев затмил мой разум, я не думал ни о чем кроме смерти. И эти люди смеют называть себя офицерами! Они не могут выполнить своей прямой задачи, воины не могут убить!
Шпили управы уже возвышались над низкими городскими крышами, лестница, поклоны солдат, кабинет. Все это пронеслось передо мной в одно мгновенье. Я застал комиссара с ящиком собственных вещей.
-Господин комиссар!
Он не реагировал , казалось , что я уже погиб и все происходящее не более чем наваждение.
-Господин комиссар!
-Я уже не комиссар, доктор. Теперь вы комиссар. Мне следовало бы обращаться к вам именно так, но я слишком стар для подобного уважения , вы уж простите
-Что это значит? Я требую объяснений!
-Я не справочное бюро , но только из уважения к вам я опишу происходящее. Вас не было целых два дня, я отчаялся что вы так и не прочли мое письмо, я знал что гордость не позволит вам принять этот пост и признаться я уже подумывал над тем отправлять ли рекомендательное письмо императору. Благо к вам на помощь пришла более здравомыслящая персона – моя внучка, она сказала что вы согласны, я знал что это не так, но тем не менее сделал вид, что уверен в вашем решении.
-Что? Что за чушь?
- С вашей стороны очень неприлично забывать о ее поступке , она сделала для вас больше чем кто-либо другой, впрочем вы поймете это, не сейчас, но возможно в грядущем.
Он протянул мне связку ключей, они гремели словно церковный колокол.
-Это ваше Шарль, теперь ваше. Будьте добры , оправдайте надежды императора.
-Я... Я ничего не смыслю в военном деле!
-Вы убили 14 человек, потеряли руку в бою , а затем прижгли ее факелом, после чего помогли Розель встать на ноги, вероятно вы отдали последнее. В каждом теле мои люди насчитали по меньшей мере два выстрела , примечательно то, что большинство из них пришлись на грудь. И после этого вы смеете говорить, что вы не смыслите в военном деле? Да это просто смешно! Ваше официальное посвящение пройдет здесь, во внутреннем дворе, генерал прочтет речь, а вы я надеюсь , дадите присягу на верность императору и его народу. А теперь позвольте, меня ждут.
Отдав часовому, ящик он приказал нести его в свой экипаж, стук его солдатских сапог еще долго эхом звенел в моей голове, я не мог прийти в себя, все закружилось в диком танце, за темпом которого я, увы, не успевал.
Церемония
Сердце билось в такт барабанам, однако в отличие от них его темпом невозможно было руководить. Зачем я здесь? Почему я вновь и вновь повторяю текст присяги? Я хотел умереть, а что теперь? Я принял этот подарок от старика, но зачем? Стоило ли оно того? Да и был ли у меня выбор? Ведь еще на площади меня уже называли комиссаром, стало быть судьба? Выходит, она не может быть плохой, она помогла мне выбраться из лап смерти, но и хорошей ее назвать нельзя, она причинила мне слишком много страданий. И вот я стою перед солдатами, они смотрят на меня как на своего владыку, смотрят на мою стальную руку и в этот же миг их глаза наполняются суеверным ужасом. Одни из них восхищенно смотрят на нее, другие же в ужасе перешептываются между собой , но и те и другие объединены одним чувством, чувством уважения к своему богу, то есть... Ко мне.