-Я проткнула его страшнейшим ядом, но он все равно жив, может это судьба?
-Нет, это всего лишь неудача
-Зачем она нам? Зачем нам он? Почему, нельзя исполнить пророчество без них?
-Во многом плод подобен пороховой бочке, она – спичка, мы не сможем взорвать бочку до тех пор , пока она не зажжет ее
-Зачем нам Шарль?
-Этот пес умрет, он не должен увидеть новый мир. К тому же, он слишком много знает
-Мы сами рассказали ему об этом, в этом нет его вины
-Его вина в предательстве. Перестань его оправдывать! Он такой же как и твой отец! Пока твоя мать работала не покладая рук он посещал бордели , или это нельзя счесть предательством? Мы обеспечили его всем, а он предал нас, предал так же, как твой отец предал вас с матерью.
Этот удар пришелся в самое сердце, сомкнув кулаки она удалилась оставив по себе две мокрых капли на полу. Улыбнувшись , доктор повернулся к окну, вглядываясь в окровавленную площадь он неспешно покуривал сигарету. Убитые грузились в телегу, спустя миг десятки телег устремились к главной площади, там тела солдат и работников управы будут разбросаны в форме круга, кровь стекающая с их израненных тел будет вылита в его центр, образуя изображение плода.
Поезд в Ренденгейм
Подобно хищному зверю поезд ни на секунду не прекращал свой спринт, казалось, что он гонится за добычей, но как только он настигает ее – она ускользает, и он вновь продолжает бежать. Я ехал в хвосте, мне попались до жути примерные рядовые или до жути хитрые, так или иначе, но вместе с ними мне придется рука об руку отвоевывать местную управу. Стараясь сблизиться со своими людьми , я начинал непринужденную беседу, но на каждый вопрос я получал краткий, лаконичный ответ. Они обрывали диалог в самом зачатке, ими владел страх, какая-то дивная кротость управляла их поведением и увы, пред ней я оказался бессилен. Уйдя вглубь вагона , я скрылся за ящиками, невзирая на отсутствие активности, спать хотелось всегда, затхлый воздух способствовал быстрому отходу в царство Морфея. Погружаясь в неведомый мир мне удалось уловить обрывки солдатской беседы, он говорил с Уинстоном, вернее с тем существом которое имело его внешность.
-Как звать то тебя друг?
-У меня нет имени
-Как это так? Ну и шутник!
-Я говорю совершенно серьезно, у меня нет имени
-Хм, ну ладно, как тебя тогда называть?
-Тридцать седьмой
Рядовой зашелся сильным хохотом, но быстро успокоился, вероятно вспомнив о моем присутствии.
Перейдя на шепот, он продолжил:
-Как, как? Тридцать седьмой?
-Да, тридцать седьмой
-Да тише ты! Не ори, а то комиссара разбудишь, а уж он нас вмиг утихомирит, говорят мол он с самим дьяволом связь имеет.
-Дьявола не существует, ровно так же как и Бога, это выдуманные образы
-Да погоди выдуманные, как только алые прострелят посмотрим на тебя!
-Зачем?
-Что зачем?
-Зачем вы хотите на меня смотреть, я такой же как и все
-Ай, ну тебя! Перепил что ли, или пыли нанюхался? Впрочем, тут что-то другое , у тебя даже глаза пустые, как не от мира сего.
Разговор был завершен, наша поездка тоже приближалась к концу, невидимая игла колола мне сердце. Зачем я взял его в армию? Почему я решил , что он сможет воевать? Эти вопросы изъедали мое сознание так же как червь поедающий спелую яблоню. Он не игрушка, не собачка на поводке, но он исполнителен и никогда не задает лишних вопросов, словом , идеальный солдат. В его душе нет места сочувствию, он безэмоциональный, совершенная апатия. Пока я размышлял над правильностью своих решений , поезд-зверь прекратил свою погоню, предоставив нам возможность умереть раньше 40. Двери вагона распахнулись , наконец можно было вдохнуть свежий воздух, собравшись в одну кучу солдаты вопросительно оглядывались по сторонам, я вновь забыл о том, кем я прихожусь для них.
-Долго он еще будет говорить?
-Мне почем знать? А ты чего дрожишь? Страшилок его испугался?
-Н-нет, просто холодно сегодня
-Ага, как же! У меня от такого холода рубаху выжать можно