-Этот мир для них безразличен, но если они уничтожат избранницу, плод вспыхнет как зажженная спичка , прогремит взрыв и тогда на пепле старого мира начнется подлинная жизнь.
-Стало быть выбора нет, мир или погрязнет в смертях или исчезнет вовсе , уступив свое место теневой копии?
-Пока что, это единственный выбор которым мы располагаем, поэтому я и ценю каждую минуту этой жизни, теперь она насыщенна тобой, насыщенна моими давними грезами.
Отведя взгляд ,я осмотрел кухню, пустые банки покрылись пылью, по фарфоровой посуде бегали насекомые.
-Чем ты питаешься? Здесь же совсем ничего нет.
-Я почти не ем, в этом мне помогает одно средство – она указала на косметический столик, на нем, ровным строем теснились белые полосы.
-Эта дрянь из белой феи?
-Это лекарство , оно продается во всех аптеках, даже в самых отдаленных частях империи.
-А ты больна?
-Мы все тяжело больны. Это лекарство не дешевое , но и оно все же дешевле любого продукта предлагаемого местным спекулянтом
-Чем он торгует?
-Всем чем только душе угодно, но я уже ничего не могу себе позволить
-Где его найти?
-Он постоянно кочует по городу, впрочем , аббат всегда знает где его найти, но все же...
-Что?
-Может, просто уедем на окраину? Думаю, там найдется заброшенный домик, а со временем пересечем стену?
Выхватив со стола чистый лист, я подал ей его вместе с карандашом
-Нарисуй дерево.
-Что? Зачем?
-Просто нарисуй.
Одарив меня недоуменным взглядом, она взяла карандаш и принялась водить его острием по плотной бумаге, она принялась рисовать землю, потом корни и уж затем сам ствол, я остановил ее.
-Почему ты начала не с неба? Веток? Почему ты сперва не нарисовала ствол?
-От этого утратится порядок, надо выполнять все постепенно.
На моем лице просияла улыбка, душа ликовала от осознания преподанного урока, она все поняла, с ее груди сорвался вздох отчаяния.
Коллектор
Возвращаясь в церковь я думал о грядущем, думал о судьбе мира которая не зависела от меня, я утратил последнее лекарство, утратил не по своей вине, камни сгорели вместе с остальными вещами. Да и было ли это лекарством? Оно лишало человека сознания, делало из него жалкое животное, можно ли было назвать его противоядием? Я сходил с ума, тьма коллектора рассеивалась по мере приближения к выходу, в воздухе стоял удушливый запах табака, выхватив пистолет я держал его на вытянутой руке, постепенно пробираясь вглубь. Две звезды, синяя и зеленая, они пронзали тьму насквозь, смерть уже здесь, я чувствовал ее дыхание вновь, дуновения ветра подтверждали мои догадки.
-Господин комиссар – вырвалось откуда-то из мглы – мы ждали вас.
В тот же миг зажглась керосиновая лампа , осветив фигуры измученных воинов, покуривая сигарету они чистили оружие, начищали ботинки и подшивали дыры на своих мундирах, запах крови, грязной одежды и спирта смешался с зловонными испарениями коллектора.
-Что вы здесь делаете? Почему вы здесь?
-В церкви произошел мятеж, ваша власть подверглась краху, ваше место занял Мон Лемо.
Стальной молот обрушился на мою голову размозжив ее на куски, сердце забилось быстрее, а голос в голове твердил одно слово : «предан» , предан потому что слаб..
-Кто возглавил группу сопротивления?
-Так, тридцать седьмой.
Лицо Уинстона не выражало никаких эмоций, от его тела веяло могильным холодом.
-Сколько нас осталось?
-Сорок два человека.
-Сорок три – поправил его аббат – меня выгнали как паршивую собаку, из собственного храма. Но есть и хорошие новости, вот один из заговорщиков.
Он указал на связанного унтера, Джон Стетч прикусывал кляп, его глаза пылали животным ужасом, мыча что-то невразумительное, он то и дело воздевал связанные руки к небу.
-Что господин комиссар? Уже не терпится пристрелить подонка?
-Не трогать его, я поговорю с ним лично. Сейчас есть проблема куда важнее.