Мир погрузился в молчание, лишь сердце Виолетты продолжало стучать с бьющейся надеждой. Но Уинстон уже не мог услышать ее голос, не мог ответить на ее призывы. Его тело покрылось холодным потом, его дыхание угасало подобно крохотному огарку . Все его мечты и надежды исчезли вместе с ним, осталась только тихая пустота и боль утраты. Так, Уинстон покорился судьбе, его история закончилась у этой темной аллеи, где долгожданное первое свидание , превратилось в последнее.
Глава 8 (Смерти вопреки)
Глава 8
-Как она?
-Ей все хуже и хуже – ответила Лиена – я закрыла ее глаза темной тканью, что бы не травмировать их этим алым свечением
Мои мысли были погружены во мрак, стук в дверь вывел меня из транса. Приказав служанке впустить нежданного гостя , я спустился вниз.
-Господин комендант разрешите доложить?- послышался робкий голос солдата императорской гвардии
-Я слушаю.
-На улицах обнаружено еще несколько трупов.
-И? Какое это отношение имеет ко мне? Закопайте их как и всех остальных. Вы видели, что творится на улицах? В день умирает не меньше сотни человек, или вы предлагаете мне начать рыть новые могилы?
-Нет, разумеется нет, просто...
-Что еще?
-Эти трупы... Это тридцать седьмой... То есть Уинстон и с ним еще одна девушка.
-Что?
-На нем был ваш мундир и несколько сотен хемов, в него было выпущено 12 пуль , одна из которых попала прямо в орден. Неподалеку от места его гибели нашли повешенную девушку.
-Полагаю тела найдены у Эферевой аллеи ?
-Вы правы.
-Хорошо, вы свободны.
Сквозь туман печали и шока я вижу образы действительности, размытые слезами, и понимаю, что мой друг больше не с нами. Мое сердце сжимается в стиснутом кулаке, а внутренняя пустота растет, с каждым вздохом забирая кусочек моего бытия.
В первый миг после ужасной вести все слова, которые до этого момента были такими легкими и беспечными, теперь показались надуманными и бессмысленными. Мир стал серым и бесчувственным, лишенным смысла. Порывы ветра обходят мою обессиленную фигуру, но я не ощущаю их на лице. Все, что осталось, это глубокое чувство упадка, которое пронизывает каждую клетку моего тела.
Я бессильно смотрю на свое тело, оно кажется мне чужим, я убил его своими руками, на его месте должен был быть я, но судьба распорядилась иначе, она единственная кто в это тяжелое время сохранил отменное чувство юмора. Я видел смерть в Ренденгейме, она не раз дышала в мой лик, но смерть друга, нет, это не сравнится ни с чем.
Имение Рольмент
-Здесь чудесный вид не так ли?
Из распахнутого окна открывается великолепный вид на скалистый берег и бесконечное море, тянущееся до горизонта. Глубокие оттенки синего и зеленого сливаются вместе, создавая неповторимую панораму. Скалы, грозные и возвышающиеся, служат мощной опорой для сил природы. Волны, играяв свою вечную игру, разбиваются о их стены с пронзительной силой, образуя белую пену, которая рассеиваются в никуда. Прибой, столь гипнотизирующий, завораживает взгляд, когда водные стихии, пытаясь покорить скалы, сливаются в одно целое, создавая особенную мелодию, которая проникает в самые глубины души. Вся эта картина, пленительная и величественная, создает ощущение, что мир находится в гармонии с самим собой, что скалистый берег и море воплощают в себе вечность и величие природы.
Подойдя к окну у которого стояла Розель, я увидел всего лишь слабоватые очертания скал и моря, в глазах проносился легкий туман, я слепну.
-Я ничего не вижу, лишь на короткие мгновения мои глаза фокусируются на предмете, а затем – мгла.
-Это следствие болезни, к сожалению – я оказалась права. К черту мир! Мы вместе, мы есть у друг-друга и более нам не нужно ничего.
В объятиях друг друга, Шарль и Розель ощущают тепло и близость, которые пронизывают их существа. Руки Розель нежно обвивают его шею, словно лианы, стремящиеся быть едиными. Их губы сходятся в поцелуе, страстно и нежно одновременно, словно два лепестка, сливающиеся вместе. Тела их обнажены, словно мраморные скульптуры, отражающие эстетику чистоты и грации. Каждое прикосновение и движение наполнены музыкой страсти. Они слиты воедино, двигаясь в ритме взаимной жажды и вожделения. Легкий шелест простыни сопровождает их движения, словно ветер, который играет с лепестками цветов. Вихрь эмоций обволакивает их сущности, погружая их в состояние экстаза, где время останавливается и весь мир сужается до их собственной вселенной. Слова теряются в сладости поцелуев, а стоны становятся тайными мелодиями, которые слышны лишь им.