В центральной же части зала виднелся небольшой кофейный столик, его основу придерживали скульптуры трех девушек, но их ноша не давила на них , они держали на своих хрупких плечах чистейшее стекло. Серебряные фигуры тесно переплетались с корнями великого древа судьбы, этот маленький столик символизировал одну из легенд мироздания. Подле него стояли крупные диваны с мягкими сиденьями , большая часть пространства которых занимали подушки. Все что находилось подле меня, поражало своей помпезностью, даже кофейный столик изображает великое сакральное послание, вишенкой на торте помпезности стал – белый рояль, он стоял около северной части зала.
Вдоволь насладившись старинной резной мебелью и удивительной роскошью я наконец обратил свое внимание на находящихся внутри людей. Министр курил не обращая на меня ни малейшего внимания, на одном из диванов сидела молодая девушка с яркими каштановыми волосами , читая книгу она лишь на миг оторвалась от чтения и устремила на меня свои карие глаза, мне казалось что я видел их ранее на рауте, но какой из девушек они принадлежали я помнил смутно. Откинув книгу, она встала и по-дружески протянула мне свою руку, которую я в свою очередь легонько пожал, на что она лишь робко усмехнулась. Её смугловатая кожа разительно отличалась от здешних дам, а её карие глаза не выражали привычной холодности, осмотрев меня с ног до головы, она кротко улыбнулась спросив:
-Вы стало быть тот самый доктор о котором столь лестно отзывался профессор Вернард, признаться , я ожидала худшего, хоть вы и не состоите в палате и вряд ли имеете тесную связь с общиной я уповаю на вашу зрелость, возможно когда-то вы станете примером для тех кто хочет вступить в ряды организации, однако не примеряйте корону раньше времени. Ситуация вынуждает нас действовать стремительно, без лишних раздумий, трудные условия формируют крепкие личности, и право мы все надеемся что вскоре это завершится, вы полагаю как и многие другие жители лишились работы?
- Не беспокойтесь , этот человек смог найти себе дневную работу, как жаль что она ужа принадлежала мне – спокойным тоном ответил министр
Девушка залилась игривым хохотом, вслед за ней засмеялась и леди у рояля, но её смех разительно отличался в своей интонации, он словно бросал мне вызов, её смех показывал истинное отношение к моей персоне – гнев, обида и наконец – презрение. Сконфузившись от происходящего я попытался что-то ответить , но вопреки всем моим стараниям мои усилия были тщетны, у меня не осталось никаких сил. Между тем я приложил все усилия ради одной лишь фразы:
-Прощу меня простить? но я так и не узнал вашего имени
Мой утомленный взгляд пал на леди, сидевшую на диване, не отрывая лицо от книги, она произнесла:
-Стела
Улыбка не сходила с её лица словно она была каким-то украшением, драгоценностью которую не так легко снять, однако эта улыбка, как и смех, являются орудием достижения целей, инструментом с помощью которого они могут склонить соперника на их сторону. Их лица выражали дерзкие насмешки, однако взгляд министра был куда чудовищнее. Какое-то незримое обстоятельство вызывало во мне ярое отторжение этой личности. Внешность этого господина полностью соответствовала аристократическому типу тонкие черты лица , черные как смоль волосы и карие глаза, сперва они показались мне серыми однако это была ошибка, цвет его кожи почти совпадал с цветом облаков – настолько он был светел, но в отличие от Вернарда его кожа не имела землистого оттенка, это можно было заметить во время переживаний или гнева, лицо ярко выражало эмоции своего хозяина, зачастую посредством теплых или холодных оттенков.
К его образу трудно было придраться, все изъяны были тщательно замаскированы, к тому же этот человек явно знал свои слабые стороны и старался узнать чужие. Его инструмент – давление и вскоре я ощутил на себе часть его приемов, но пока я сидел под пристальным взглядом леди у рояля, ни разу мой взгляд не останавливался на её лице и вот мои глаза встретились с её белоснежным лицом, встретившись взглядом с этими глазами, я почувствовал легкую дрожь, связанную скорее со страхом нежели с какими-либо переживаниями, эти глаза вспыхнули азартными огоньками. Наконец мне представилась возможность взглянуть на эти лица, лица которые не были скрыты масками. В глазах леди у рояля не было ничего кроме азарта хищника почуявшего кровь, она ненавидела меня, но ненависть её произрастала не только из-за классового различия, вероятно, моя личность вызывала в ней отторжение, точно такое же как и моё по отношению к этому господину. Долгие годы изучения личности позволяют мне делать поспешные выводы, но я никогда не пренебрегаю вторым шансом, у каждого есть возможность доказать мне обратное.