Когда эта беготня уже прекратится? Туда-сюда, туда-сюда. Как мальчик на побегушках. Продираясь через колючие кустарники, я уже ненавидел всё, что хоть каплю зеленого цвета. Зато позади меня без всяких проблем спокойно шел Рэн.
— Как — то здесь слишком тихо, ты не заметил? — Негромко произнес мой сородич.
Оказывается трудно осознавать, что я не один выживший. Привык считать себя изгоем среди рас и скрывать свою истинную сущность. Зато сейчас даже почувствовал свободу и раскованность.
— Ау, Данте, вернись на землю. — Недовольно произнес Рэн.
— Может мне комфортней в своих мыслях. — Пробурчал в ответ. — Заметил. Обычно в лесах бегают ненормальные принцессы в компании Диких, а вокруг резвятся насекомые, животные и птицы, как основной фон событий. Под всем этим я имел в виду, что конечно лес должен быть «живым».
— А просто об этом сказать было нельзя? — Ехидно хмыкнул синеволосый.
— Раз так сказал, значит нельзя. Знал бы ты Эссу, понял бы весь смысл моего юмора.
— Можно спросить?
— Нельзя. — Отрезал я.
— Почему Дракон в тебе выбрал себе простого человека? На протяжении тысячелетий мы не мешали свою кровь с людьми.
— Всегда настает время перемен. — Туманно ответил я, услышав шорох в пятидесяти метрах от нас.
— Но почему? — Никак не отвязывался Рэн.
— Вот поэтому. — Ответил, резко отталкивая Рэна от траектории летящей стрелы. — Люди очень эмоциональны и импульсивны, редко задумываются о последствиях, но делают то, что хотят, в отличие от нас, действующих только по расчету. — Поглядывая на разлегшегося на траве Ледяного, более подробно пояснил я.
— Что это было? — Отряхиваясь и поднимаясь с земли, спросил Рэн.
— Не что, а кто. Охотник. А если судить по тишине в лесу — охотник, который маниакально любит тишину и включает функцию «Убить» для любого, кто создает шум.
Я выдернул стрелу из дерева. Хммм, странные надписи, никогда не видел такой ручной работы. По древке стрелы тянулась витиеватая рукопись, украшенная символами, похожими на летящих когтистых птиц. А наконечник стрелы пах какими-то травами, значит, без яда или сонной травы тут не обошлось.
— Как думаешь, чей это может быть клан? — Вертя в руках стрелу, обратился к напарнику.
— Перестань её вертеть, а потом спрашивай. — А сколько недовольства, прям уже и поиграть на публику нельзя. Я отдал стрелу Рэну. Он минуту изучал её, а затем развел руками.
— Такими темпами я и один мог отправиться в путешествие по неизвестным землям. А вместо тебя гида бы нанял. И то полезней был бы.
— Вот только не надо язвить. — Прищурился синеволосый.
— Надо, Вася, надо. — Обреченно вздохнул я и поймал вторую стрелу. А затем быстрым шепотом произнес. — На северо-восток, двадцать метров, за елью.
Рэн растворился в воздухе. А в следующую секунду стоял передо мной, держа за шкирку Леприкона. Я цокнул языком.
— Теперь понятно, почему я не узнал надписи. Всегда ненавидел сказки про Леприконов, где их описывают, как добрых и безвредных существ.
Леприкон оскалился, показывая ядовитые клыки, и принялся дергаться в руках Рэна.
— Не выйдет гном, а будешь дергаться, я тебя присобачу к земле кинжалом. Всегда любил вид крови. — Со смертельной угрозой произнес Ледяной.
— Я не гном! — Ужасно кортавя, завизжал тоненьким голоском Леприкон.
— Ой, да заткнись ты, он пошутил. — Скривившись от неприятных звуков, я клацнул зубами. — Почему в этом лесу так тихо?
— Это Мертвый Лес. — Коротышка скрестил руки на груди и дернул длинным ухом. — Вы пришли сюда, не зная этого? Как самонадеянно и глупо.
— Давай мы сами это решим. Откуда ты здесь тогда взялся? — Я приставил кончик его же стрелы к его горлу.
— Я тебе итак все скажу, можешь не угрожать мне. — Я безразлично убрал стрелу, без угроз, так без угроз. — Наши земли захватили вампиры, нам пришлось куда — то бежать, а наилучшим выходом из положения стал Мертвый Лес, мы любим тишину, но вот с пищей прогадали.
— А я тебе что говорил? — Снисходительно спросил у Рэна. — Любители тишины. А на нас зачем было нападать? — Перевел свой взгляд на Леприкона.
— Ну, дык, еда уже любая сгодится… — Пробурчал себе под нос коротышка.
— Ужин отменяется. — Сказал синеволосый и отпустил коротышку. Тот с глухим «шмяком» приземлился на землю. — Драконы сами вас съедят.
— Др-р-раконы? — С благоговейным ужасом переспросил Леприкон.
— Др-р-раконы. — Утвердительно передразнил Рэн. Я засмеялся.
— Не запугивай беднягу. На севере отсюда населенная земля, там есть животные, то есть еда. Если вы не тронете местное население, я разрешу вам охотиться. — Милосердное предложение, однако. Сородич кинул мне взгляд «Что ты задумал?». Я закатил глаза.
— Правда? — Неверяще переспросил Леприкон. Утвердительно кивнул головой.
— Но не дай Демиург я узнаю, что кто-то пострадал… — Многообещающий взгляд и неоконченная фраза, сам додумает всё то, чего боится весь их род.
— Спасибо, благородный Дракон. — Я важно нахохлился, поддерживая образ великодушного повелителя, но почему — то смахивал на Эрика и от этого старался не заржать.
Когда Леприкона и след простыл, расхохотался как ненормальный, аж слезы на глазах выступили.
— Скажи спасибо, что он был один, не мне тебя учить, что Леприконы кровожадный народец. Но как ты мог подвергнуть опасности людей, живущих в…Стоп, но там же и властвуют вампиры. — Недоуменно закончил синеволосый.
— Да, поэтому и волноваться не о чем. — Мягко, как ребенку, улыбнулся я.
— Нечего лыбу давить, проходимец.
— Поосторожней на поворотах голубенький. — Шутливо поддержал его я.
— Спокойно, Тисарен, детей бить нельзя. И ты ошибся, это не человек был. И что там насчет импульсивности и эмоциональности? Не думай, что я забыл на чем мы остановились.
— Да, дедуль, дети — цветы жизни. А насчет ошибок: если ты не ошибаешься — то ты, вероятно мертв. — Развел руками я.
— В твоем случае, я бы сказал гибрид плесени и плюща. Хрен выведешь и питаешься за чужой счет. — Рэн остановился и внимательно на меня посмотрел. — Это философия людей, а не Драконов, Данте. Если мы ошибаемся — мы умираем.
— Молчал бы, высохший кактус. — Не выдержал его поучений, ну и что, что старше, тоже мне блуждающий мудрец. — Лучше превратись в гида и скажи мне, что за Земли за Мертвым лесом? — Я принялся вспоминать карту, что висела в тронном зале Адриана, но ничего путного не вышло. А ещё Эссу обвинял в незнании географии. Олух, блин.
— Мертвый Лес граничит только с двумя королевствами — Вампиров и Фей. Королевство Вампиров, то, что на севере, мы миновали, следовательно… — Ледяной Дракон сделал умный вид и указал рукой на юг.
— Спасибо профессор, туда — то нам и нужно. — Поддержал его мимику я и приставил раскрытую ладонь на подобии козырька ко лбу, рассматривая даль.
— Вот если ты не съязвишь, будешь не ты. — Укоризненно покачал головой Рэн.
— Годы практики. — Улыбнулся, вспоминая личико любимой принцессы.
— Ты снова ушел от темы. Почему именно человеческая девушка?
— Да тебе не понять, ты же ледышка ходячая, во всех смыслах этого слова! — Вспылил я.
— Что так тяжело найти объяснение случившемуся? — Ехидно заметил дракон и не ошибся. Я и сам не знал, почему она. Просто она и все. Точка.
Кивнув Рэну, я прибавил шаг, лишь бы не видеть его ухмыляющуюся и довольную морду.
Рейт.
Я впервые видел её такой задумчивой. Это казалось диким сочетанием, зная буйную принцессу. Она будто постарела на 10 лет. Для нас это как один год, но для людей это большой промежуток времени. Интересно, что же она узнала от этого голубого нудиста? Ведь явно до этого Пропуска он ей что — то рассказал, потому что принцесса думает! Нет, не так. ДУМАЕТ! Импровизация и спонтанность, признаться, ей шли больше, чем… Вот это: брови нахмурены, взгляд человека, ушедшего в себя, руки скрестила, да я ни разу не видел, чтобы она скрещивала руки на груди, даже когда делала вид, что обижается. Спросить? Нет, вряд ли ответит. Вот же ледышка чертова. Рано нашей принцессе взрослеть, нужно срочно исправлять ситуацию, не то так и останется молодой бабулей.