— Прекрасно выглядишь, — Я только вспомнила о нем, как он тут же появился. У него уже вошло в привычку появляться в комнате неожиданно.
— Твоя выходка, — догадалась я, ведь это было очевидно.
Брендон, одетый в белую рубашку и черные строгие брюки, опираясь о косяк двери, пристально разглядывал меня без стеснения. Я всем своим видом показала, что поняла его мысли, но парень был невозмутим. Он улыбнулся мне еще шире и сделал жест, указывавший на выход из комнаты.
Больше на него я свое внимание не переключала, лишь боковым зрением отслеживала, куда он шел. Мы прошли мимо столовой, где за закрытыми дверьми слышались звон вилок и тихое перешептывание. Он свернул за угол, за которым находился просторный холл и большая лестница, ведущая вниз. У ее подножья Брендон остановился и повернулся ко мне боком, протягивая согнутую руку в локте. Это было его игрой. Я протянула ему свою ладонь, и мы спустились вниз.
В соседней комнате за аркой виднелся большой стол, накрытый белоснежной скатертью. Никого вокруг не было, что меня испугало. Я не подумала о том, что окажусь с ним наедине на долгое время. На этот раз никому не было в этом замке известно о моем местонахождении. Страх Аннет передался мне мгновенно.
Стол был в длину около двух метров, весь заваленный блюдами, к которым я, наверное, и не прикоснусь. Брендон проводил меня на место, отодвигая стул. Я молчала и внимательно следила за его действиями. Он сел напротив меня на другой конец стола. Вся ситуация казалась абсурдной.
За спиной послышалось открывание двери, но я не подавала вида испуга, наблюдая, как тот, кто вошел в комнату, просеменил до нашего стола с бутылкой вина в руках. Это был мужчина лет сорока, одетый в не менее строгую однжду, как у Брендона. Мужчина наполнил мой бокал на половину и уже намеревался подойти к тому, кто сидел напротив меня, но тот не дал, отрезав своим стальным голосом:
— Я не буду.
Мужчина поспешил встать ближе к стене комнаты, а я, не зная, куда деть свои неугомонные глаза, стала рассматривать свой бокал, будто впервые видела вино. Оно имело бордовый оттенок.
— Ты будешь есть? — спросил он нежно, настаивая, без какой-либо грубости. Мне уже стал надоедать этот цирк.
Я неуверенно потянулась за ближайшим из блюд, дабы хоть как-то отвлечься от мыслей, переполнявших мою голову. Мне было, что у него спросить. Я вовсе не хотела есть, но нужно было притвориться.
Он молчал, а я не поднимала головы от тарелки и по итогу не съела даже половины, что положила себе.
— Унесите блюда, — приказным тоном сказал Брендон, заметив, что я отложила приборы.
Тут же мужчина, стоявший все это время вдалеке, про которого я даже успела позабыть, дернул колокольчик, находившийся у него в руке, и дверь позади меня вновь открылась. К нашему столу подошли три человека. Они унесли все, оставляя лишь бокалы, предварительно наполнив мой. Я заметила лишь то, что тарелка Брендона была полна еды и совсем не тронута. Дверь за ними закрылась, и нас настигло молчание. Брендон смотрел на меня, а я молчала, желая уже хоть что-то сказать. Столько вопросов, но смелости их задать не хватало весь вечер...
— Зачем это все? — вырвалось у меня, а он продолжал смотреть с улыбкой в мои глаза, будто находясь в трансе.
— Долго же ты держалась.
— К чему вся эта пафосность?
— Я так понимаю, вопросов будет много, — он встал, захватив с собой бокал, и подошел ко мне. — Давай так, кровь взамен на ответы, — парень протянул мне бокал и схватил мое левое запястье.
Я лишь отдернула руку, потирая место, где он меня схватил. Я знала, что отпираться бесполезно. Он возьмет, что хочет, силой. Мне стоило ожидать того, что для него это все было неким развлечением. За "спасибо" он ничего не собирался говорить, а уж тем более делать.
— Я согласна, — я протянула ему левую руку, а он стал улыбаться еще шире. Его глаза цвета вороного пера заблестели, на щеках появились ямочки. Он был доволен.
— Хорошо. Правила таковы: задавай вопросы до того момента, пока не почувствуешь себя плохо, так как все это время твоя кровь будет наполнять мой бокал, — Я сморщилась, когда он прикусил впадину на моей ладони. Парень поднес ее к бокалу, в который стали падать алые капли. — Советую поторопиться, — он провел языком по нижней губе и медленно вернулся на свое место.