— У него тоже есть такие, как я? —неуверенно проговорила я, стесняясь сказать в свой адрес то грубое название, что дала Кайла.
— Я же сказала, ты отдельный экземпляр. А таких же, каких ты видела в столовой, - да, но он до них и пальцем не дотрагивается, — парень улыбнулся.
— Почему? — мне стало душно, будто стало меньше кислорода. Я потянулась правой рукой к своему бокалу с вином и отпила.
— Потому что он Алан, — он усмехался. — Любая бы была не против такого уговора: даешь добровольно кровь и живешь в свое удовольствие в огромном особняке до конца жизни.
— До конца жизни? А как же "омолаживание"?! Разве это не значит вечность?
— Кайла. Она расскажет. Тебе уже нехорошо. Нам стоит закончить.
— Нет, — я снова его перебила, но без криков, ибо сил уже не было. — Кто такая Алиша?
— Пусть сама рассказывает свою сопливую историю, — грубым тоном сказал мне Брендон и встал со своего места.
— Как мне заслужить свободу? — этот вопрос должен был быть первым, но он оказался в самом конце, и, кажется, я не услышу ответ, так как в ушах начало гудеть.
— Свободу? Ты серьезно? — он снял с моей шеи платок цвета фуксии, слегка оскалился, смотря на мою израненную шею, и обвязал им мою ладонь. — Только не говори мне, что тебе нужны эта отбитая подружка и забывшие о существовании дочери родители, — он залпом выпил бокал с моей кровью, который успел к тому времени наполниться на четверть.
— Не правда! Твои слова - ложь! — из последних сил выкрикнула я. Я стала видеть чуть хуже.
— От этого только интереснее тебя переубеждать.
Он поставил пустой бокал и протянул руку, чтобы помочь мне встать. Это было сделать очень сложно, так как ноги перестали меня слушаться, подгибаясь сами по себе. Мы уже подошли к арке, ведущей к холлу с лестницей, как вдруг Брендон резко остановился и прижал меня к стене с такой силой, что я почувствовала, как мое тело стало будто стекать по ней вниз. Он поднес к моим губам свой указательный палец и тихо шикнул, выйдя через арку в холл. Я осталась в комнате одна.
— Вечер добрый, Алан! — наигранно поприветствовал своего брата Брендон. Он стоял с другой стороны той же стены.
— Ты ужинал? — Послышались шаги по лестнице.
— А что?
— Ты не ел человеческой еды в этом дворце больше пятидесяти лет. Думаешь, я поверю, что тебе вдруг захотелось поужинать?
Я вспомнила полную тарелку Брендона, которую уносил персонал замка.
— Да, захотелось. Мне оправдываться перед тобой что ли?! — огрызнулся Брендон.
Пол под ногами казался мне зыбучим песком, и я забалансировала.
— Почему тогда не ел с нами? С Лео и Алишей?
— Не хотел, чтобы мои братья вновь читали нотации, что "еда нужна вампиру, дабы не тронуться умом окончательно". Думаю, что больше не вернусь к этой затее.
— Ты ел один? — продолжал допрос Алан.
Повисло молчание, видимо, атмосфера между ними накалилась.
— Тебя это не должно волновать.
— Брендон, с кем?!
— Тебя это не касается!
— Ты ужинал с одной из девушек. Это Ребекка?!
Он назвал из всех девушек именно меня.
— Это ничего не значит. Ее дни сочтены.
Брендон так уверенно огласил мой приговор, что мне ничего не оставалось, как поверить его словам. Это не прозвучало, как очередная его шутка. Он не усмехнулся в конце, а Алан никак его не упрекнул.
Перед глазами окончательно все поплыло, и я стала пошатываться из стороны в сторону, пока окончательно не свалилась, но уже не в первый раз меня ловили, спасая от падения. Ко мне молниеносно подлетел обладатель голубых глаз, и это было последнее, что я увидела. Глаза застлала пелена, и я провалилась во тьму.
Глава 6
Nataly Main
В полутьме было сложно различить фигуры, что нависли надо мной. В платье с узким горлом было тяжело дышать, и казалось, что у меня был жар. Знакомым монотонным голосом было произнесено:
"Ребекка, ты не спускалась ужинать с Брендоном. Тебе принесли еду в комнату. Ты поела и легла спать..."