— Нет! — что-то холодное и острое касается коже у ключицы. Он смотрел в мои глаза, а на лице не было никаких эмоций.
— Ты должна была быть на ее месте. Это было бы твоим наказанием!
Я опустила глаза на свою грудь, по которой уже струилась ручьями алая кровь от оставленного им пореза.
— Я оставлю тебе напоминание.
— Нет! — я вскочила с кровати и отошла от кровати подальше на тресущихся ногах, будто в попытке убежать от чего-то невидимого. Я дышала и давилась от боли в горле. Я кричала во сне...
Зайдя в ванную, я открыла кран и подставила ладошки под поток ледяной воды. Окатив свое лицо ею, я окончательно проснулась. но теперь нахождение в одиночестве в этой спальне меня удручало. Еще бвла ночь, и покидать комнату было рано. Я решила разбудить Аннет и на этот раз поделиться с ней своим кошмаром.
По правую сторону от меня в ряд были двери, за которыми спали девушки, и одна из этих комнат была комната Аннет. Я осторожно заглядывала в каждую из них, но не находила там ее.
Повернув за угол, я останавилась. Впереди меня стояло большое зеркало. Увидев себя в нем, я испугалась. На так давно я проходила мимо него с Аннет, но оно почему-о казалось мне знакомым ни по этой причине. Я медленно подошла к нему, наблюдая за своей фигурой в отражении.
Какой-то скрип послышался со стороны, и я подскочила, от страха закрыв рот рукой, боясь издать малейший звук. Справа от меня была маленькая лестница, вовсе не освещенная. Воспоминания всплыли перед глазами. Я вспомнила эту маленькую лестницу, обитую бархатом. В ту ночь, когда я нашла Эли в комнате Брендона, я ходила по темному дворцу и оказалась здесь.
Я поставила ногу на нижнюю ступень, и она заскрипела. В моем сне была именно эта лестница... Я чувствовала, что нужно было остановиться, пока не стало совсем поздно.
А что, если это могло остановить мои кошмары? Что, если это поможет? Мне было страшно, но у меня не осталось выбора. Я не помнила происходящее во сне, но то, что меня ждало наверху, могло иметь к нему отношение.
Ступенька. Еще одна, и вот я уже оказалась у основания лестницы. На антресоле ничего не было, кроме небоьшой ветхой двери с малозаметной ручкой, которую в кромешной темноте оказалось очень тяжело найти. Я оглянулась назад и увидела тускло освещенный пол внизу, и от такой маленькой высоты у меня начала кружиться голова. Могло ли быть сном то, что сейчас со мной происходило?
Я медленно опустила ручку двери, пытаясь сделать это как можно тише, и потянула дверь на себя. Я должна была побороть свой кошмарный сон. Сейчас.
В комнате было также темно, но в ее глубине горел очень блеклый свет, скрытый за столбом. Я услышала какие-то непонятные звуки, но не сомгла разобрать их источник. Мелкими шагами я продвинулась вперед, пока не заметила знакомые белесые волосы, отчего сердце пропутила удар. Я остановилась. Волосы, разбросанные на какой-то койке, скрывали лицо, но я его узнала. Нагая, Аннет лежала на каком-то подобии хирургического стола, и ее тело освещала маленькая лампа, на свет которой я пришла. Аннет вздрогнула, как вздрагивают от холода, и неожиданно проступившая на ее животе кровь потекла маленькими полосочками вниз и стала капать на пол.
— Прошу не двигаться, иначе будет больнее, — его голос звоном раздался в моих ушах и я вздрогнула, издав звук на подобии выкрика. В тот же миг перед Аннет встала тень, и я попятилась назад. Брендон вышел на свет, и я увидела в его руках запачканный нож. — Что ты здесь делаешь?! — зарычал он.
Сон. Кровь. Везде кровь.
Крик вырвался из моего рта и оглушил Брендона, отчего он попятился назад. Воспользовавшись этим, я побежала оттуда прочь. Я не просыпалась.
— Ребекка, стой!
Это сон... Кошмар... Нет... Проснись!
Глава 18. Психоз
Nataly Main
Окровавленный нож у него в руке перед моими глазами затуманивал обзор, но я сумела добежать до своей комнаты так быстро, как это было только возможно. Захлопнув с грохотом дверь, я попятилась назад, пока не уперлась спиной к стене. Дыхание нарушилось. Стало закладывать уши, и вместо звуков возник звон. Противный звон, схожий с криками, воплями. Мне казалось, я слышала, как кричит от боли Аннет, но не могла вспомнить, было ли это на самом деле. По моей комнате разносился ее голос, молящий меня о помощи.