Мы смотрели только друг на друга, не отводя глаз. Музыка была просто удивительна. Она будто бы шла отовсюду. Становилось то холодно, то жарко. Я не могла контролировать ни одно свое движение. Он сделал шаг назад — я за ним. Он развернулся — и я тоже. Мы обошли одну люстру, не коснувшись ни одного ее хрусталика, а затем другую. Движения были медленные и нежные. Я сильнее сжала руку Брендона, доверяя ему вести нас. Он безупречно танцевал, и мне стало от этого даже неловко, ведь в танцах я была неопытна и неуклюжа.
Он выдыхнул холодный воздух, окатив меня им с головой, в которой растворилась вся моя уверенность. Тело покрылось мурашками. Я ничего не могла с собой поделать: мое дыхание прерывалось, ноги переставали слушаться — ими управлял только Брендон. Я не чувствовала себя собой рядом с ним. Мы были слишком близко друг к другу. Мне удалось отстраниться от его груди, но лишь на секунду. Брендон вновь притянул меня к себе. Мое сердце было готово вот-вот выпрыгнуть из груди, разбиться об пол, раскрошиться на маленькие осколки. Тогда бы и свет потух, и резко похолодало, и музыка бы стихла. Исчезли бы все звуки.
— Теперь я понимаю, почему он выбрал именно тебя на бал, — улыбнулся мне Брендон. — Ты прекрасно танцуешь.
— Давай не будем о нем.
— Так почему он не поехал вместе с тобой? — неугомонно продолжил допрашивать меня Брендон. Я промолчала и опустила голову. — Я жду ответа.
Мы остановились.
— Я не знаю, — устало ответила я. — Он сказал мне, что приедет, но прошло уже слишком много времени, чтобы думать, что он сказал правду, — Мне снова стало не по себе. Не хочется здесь быть. Я была слишком опустошена. А Брендон поверил моим словам.
— Идем за мной, — сказал он и потянул за руку.
Мы покинули зал и пошли в обратную сторону, поднялись на этаж выше. Здесь я еще не была; коридоры здесь были чуть уже, а дверей, ведущих в другие комнаты, — намного меньше. Он крепко держал меня за руку, не отпуская, будто боялся, что могу ее вырвать и убежать.
— Нам сюда, — он открыл передо мной дверь и рукой указал, чтобы я зашла.
В комнате я ничего не могла разглядеть, но впереди были видны еще одни двери.
— Иди вперед, —- направил меня Брендон, и я неуверенно открыла их. Ледяной поток вырвался оттуда. Мы вышли на балкон.
— Как красиво, — прошептала я, когда подняла глаза наверх. Все небо было усеяно звездами. Ничего не было видно, кроме них. Я не знала, как передать их красоту словами. Это было невозможно. Как сказал сам Оскар Уайльд: "Красота в глазах смотрящего".
Сияние звезд казалось ярче солнечного света. Я всю жизнь провела в городе, и звезд там было не увидеть, тем более так много. Их будто бы рассыпали. Мелкие кусочки были разбросаны на небесном куполе. Вокруг был только мрачный лес. Небо отливало розовыми, фиолетовыми и синими оттенками. Мои глаза бегали от одной звезды к другой. Казалось, что они иногда загорались чуть ярче, подмигивая мне. Мне не было холодно.
Я вспомнила музыку, что играла ранее, и наш с Брендоном танец. Наши медленные и в то же время быстрые движения. Моя голова до сих пор кружилась. Его прикосновения еще были ощутимы на моей коже, которую они прожгли.
Я почувствовала присутствие парня слева от себя, но он ничего не говорил. Я продолжала любоваться небом, понимая, что я не часто буду его видеть. Я посмотрела на Брендона и поймала его взгляд на себе. В его глазах отражалось сияние звезд, они сверкали. Мне стало неловко, что мы так смотрели неотрывно друг на друга, поэтому я вновь посмотрела на безупречное небо.
— Куда ты смотришь? — шутливо спросила я, продолжая любоваться звездами.
— А ты? — спросил он в ответ.
— На что-то прекрасное... То, от чего нельзя оторваться, — Мне стало жаль, что я еще очень многого не видела в этой жизни..
— Я тоже, — сказал он тихо, но я смогла услышать. Его короткого ответа было достаточно, чтобы мои глаза, и до того распахнутые, округлились еще в большей мере. Такого я точно от него не ожидала. Посмотрев на него, я поняла, что он смотрел точно на меня и никуда более глаза не отводил. Слабую улыбку мне удалось приметить на его губах, и я тоже улыбнулась. Он говорил, что безнадежно лишен чувств и чего-то прекрасного в самом себе, но я точно знала, что это было ложью. Зная об этом месте, он точно часто сюда поднимался. Он восхищался этим звездным небом так же, как и я. Именно я оказалась здесь рядом с ним.