- Дымовое дерево? - Ветер стал сильнее и что-то заскрипело и застонало.
- Ну почти. Только не надо кричать. Лес не любит упоминаний об этой легенде. - Эри поворошил костер и пошел за новым сушняком.
А я ощутила. как меня охватывает внутренний озноб. То ли от порыва прохладного воздуха, то ли от того, что мы с Паном остались почти наедине. Он заметил, что я вздрогнула, но списал это на страх перед неизвестным.
- Да, история не очень приятная. На лекции ее не рассказывают. Но, начиная со второго года все знают. Наверное потому, что становятся немного деревьями.
- А ты откуда ее знаешь? Ты ведь не прошел…
- Я прошел. Просто слишко далеко.
- У нас есть шанс узнать настоящую историю Пана-Урагана. - Ухмыльнулся Эри, подкармливая огонь.
- Шанс есть всегда. - Спокойно ответил Вихрь.
54
Если вы думаете, что Пан принялся усиленно посвящать нас в собственные тайны и делиться опытом… Ну что ж, мы все ошибаемся. Он допил чай, закусил его каким-то корешком, который вытащил чуть ли не из под ног и отправился на боковую, заняв место Анлафа.
Мы с Эри сбились у костра, пытаясь не то согреться, не то прийти в себя. Я давно уже забыла, что такое размеренная, спокойная жизнь. Наверное, с тех пор, как Кэв посмеялся надо мной первый раз в воротах города.
- Ты слышал о таком, чтобы на экзамене перебегали из одной группы в другую? - Спросила я теневого, когда Вихрь всхрапнул. Мне показалось, парень меня не услышал, так долго он молчал.
- Бывало такое. - Наконец ответил он. - Давно это произошло. И кто-то вообще говорит, что все выдумки.
- Ну и ладно! Расскажи!
- Ты знаешь, что за дерево у тебя на плече? - Вместо ответа спросил Эри. Вот так пассаж на трех струнах! И когда он успел разглядеть? Или он просто знает обо мне все на свете?
- Нет. - Буркнула, автоматически потирая руку. - Я его видела у нас на заброшенной кухне. И больше нигде вроде.
- Понятно. Интересно. В общем, было время, когда часть лютнистов поклонялась дымному дереву. Погоди, не перебивай. Это была самая настоящая секта. Говорят, там были человеческие жертвоприношения и прочие ужасы. Не буду тебя шокировать, пощажу твою тонкую душевную организацию. И не ухмыляйся. В общем, остальные лютнисты объединились с вышивальщицами и разгромили дымнопоклонников. Конечно, это было не просто, безусловно много народа погибло. И все постарались замять. Сама понимаешь, тогдашнему главному лютнисту ни к чему было, чтобы люди прознали, что в наших рядах такая гниль живет. Сказок про те дела не писали. Сама понимаешь. Ну, а символом у тех веселых сектантов было как раз такое дерево, как у тебя. Я еще подумал, кто мог ребенка такой гадостью наградить?
- Тот же, кто на кухне нарисовал. - Вступил Пан, давно переставший храпеть. - Твой отец.
- Или мать? - Предположил теневой.
Они продолжали беседовать о том, кто и как мог сделать такую штуку с моей рукой, как будто меня не было рядом. Может быть, они хотели дать мне время подумать, успокоиться. А может, правда позабыли обо мне. Это же так интересно, что за родственник …
Пока разговор моих друзей продолжался, я сидела и глядела перед собой. Про отца я знала очень мало. Куда меньше, чем про маму. В основном только то, что он не был иггом. Ну, и конечно, что он оставил меня и сестру круглыми сиротами.
У меня нет воспоминаний о маме, но есть хотя бы ее образ созданный по изображениям, хранившимся у дедушки. С тем мужчиной не было и этого. Вспомнила, как решила, будто Сибо Гернер - это он, тот самый человек.
Нервно хихикнула, а потом спохватилась. А что? Любой дяденька старше меня лет на 20 может быть тем самым. Директор как раз подходит. Он обучался в городе, у него была возможность нарисовать дерево на кухне в нашем доме. Его инициалы на маминой лютне… И все бы хорошо, но я не уверена, что хочу знать правду.
- Ты так и не рассказал мне про тот случай. - Упрякнула Эри, ткнув в него пальцем. - Отвлек историей о дикарях и довольный сидишь.
- Да там и рассказывать считай нечего. - Тряхнул головой теневой и потер то место, где я чуть не пронзила его насквозь. - Тогда чуть не половина живого леса сгорела. И оставшиеся без лютниста первогодки перебежали под крылышко к другому обученному взрослому. Дошли не все, но те, кто все же выжил, рассказывали всякие страшные байки. Пан, ты тоже расскажешь?
- Вот еще. Сказки - это не мое. - Нахмурился парень. Но я то знала, что у него в комнате целая полка книжек с легендами и геройскими романами. Вдруг Вихрь сгреб меня в объятия и тяжело и глухо вздохнул куда-то в макушку. - Если б не ты - не дошел бы.
Ну вот, теперь мне снова ничего не понятно, хоть и приятна такая постановка вопроса. Опять он про свой зов. То есть про мой зов. Не звала я его, не звала.