Кристина высвободилась из защищающих ее объятий Миши и бросилась вперед.
— Нет-нет, прочь! — закричала Соня, кидаясь назад вместе со столом.
— Вернись, дура! — завопил Коля.
Но Кристина никого не послушала и подлетела к отшатнувшейся Соне и схватила ее за побелевшую от напряжения руку.
— Я дам вам выпить кровь — и вы успокоитесь, да?
Соня бездумно кивнула и наклонилась к подставленному запястью, которое однажды уже кусала.
Она замерла на полпути, словно громом пораженная. Медленно выдохнула. Выпрямилась.
Сознание резко прояснилось, а желание выпить немного крови и успокоить чудовище внутри подавил неожиданно охвативший ее ужас.
— Что ты сказала? — прошептала она, уставившись на дрожащую Кристину.
— Что дам выпить кровь, если вам нужно.
Соня дернулась в сторону так, будто ей в лицо святой водой плеснули.
Тимур Андреевич один раз брызнул на нее парой капель, чтобы познакомить с ощущением — мало ей не показалось.
Выпить кровь, если ей нужно…
— Не нужно, — одними губами проговорила Соня и рухнула на учительский стул.
Кристина с непонятной печалью во взгляде посмотрела на нее, а затем на одноклассников.
Они бы бросились ее защищать, если бы потребовалось. Никто не кричал и убегал, и решимости в их глазах было почему-то больше, чем страха.
У Димы в руке все еще был зажат нож, которым он полоснул себе ладонь. Неглубоко, чувствовала Соня, но несколько капель крови он все-таки обронил. Пробовать ее больше не хотелось.
Колю заметно потряхивало. Его взгляд метался из стороны в сторону, и он все никак не мог успокоить ногу, которая своим стуком нарушала тишину класса.
— Значит, вампиры существуют.
Все остальные вздрогнули и зашевелились — все то время, что они сидели здесь после того, как сюда ворвалась Соня, никто и двинуться не смел. Словно она, как в игре “море волнуется — раз”, собиралась покусать любого, кто шелохнется.
— Софья Николаевна… — Миша натужно засмеялся. — Я, когда говорил зубы вам отрастить… не это имел в виду.
Стоявший рядом с ним Дима тоже усмехнулся. И опустил нож.
— Мне такие зубы тоже не были нужны, — тихо ответила Соня.
Почему они не убегали?..
Она не понимала.
Хорошо это или плохо?
Кристина дотронулась до ее плеча, приводя в чувство.
— Софья Николаевна. Я знаю, что случилось.
Соня догадывалась, что Кристина, скорее всего, помнила, что на нее напали. И кто. Ей ведь не было приказано забыть. Но узнавать это наверняка она не спешила, потому что Тимур Андреевич ясно дал понять, что слуги не сдают хозяев и особого страха, как правило, не испытывают. Тем не менее, на последних двух уроках с 9 “Б” Соня всячески избегала любых возможностей выяснить, что там себе надумала ее жертва. Да, трусливо, гордиться было нечем, ну и пусть.
— Поверить не могу, что это правда, — вдруг пробормотал Миша.
Соня с недоумением оглядела взволнованную Кристину, заметив и напряженные плечи, и сжатые кулаки. Та выглядела очень серьезно, словно собиралась сама бросаться с кулаками на того, кто осмелится напасть на Соню.
— Ты что… всем рассказала? — звенящим голосом спросила она.
— Нет.
Дима с громким щелчком спрятал лезвие ножа и засунул его в карман.
Соня расценила это действие как безрассудное. Ей казалось, что он был готов защищаться, но чем внимательнее она приглядывалась к ребятам, тем сильнее становилось ее подозрение в том, что они не настолько потрясены, узнав о существовании вампиров, как была она сама месяц с лишним назад.
— Да давно уже слушки ходят, — сказал Дима. — Про вампиров в нашей школе.
Вот так новость.
— Что?.. Но я такой стала лишь месяц назад.
— Это как? — влез Миша. — Как вы такой стали?
— А че это тебя вдруг заинтересовало? — ухмыльнулся Дима.
— А че б нет? — буркнул Миша в ответ и отвернулся. — Я тоже, может, хочу. Стал бы вампиром — свалил бы сразу от бати. Зажил бы как надо!
Про его отца Соня слышала и один раз даже видела на родительском собрании, откуда его пьяного за шкирку выгонял учитель физкультуры. Мишу легко было понять. От такого и она бы мечтала сбежать. Только не такой ценой. Парнишка совсем не понимал, о чем говорит.
— Что со слухами? — повторила Соня свой вопрос.
— Они не про вас, — ответил Дима, усаживаясь прямо на парту. — У нас уже год болтают, что кто-то из учителей — вампир. Может, и не один. Большинство думают на завуча.