Анастасийка заметила минутное замешательство на лице приятеля и удовлетворилась подобным красноречивым ответом. До дома оставался квартал, она попрощалась и упорхнула, пока Лёва приходил в себя. Оставшись один, он поднял глаза к звёздному небу, кое-где созвездия скрывались за облаками, и вновь вспомнил ночь, когда его жизнь окончательно изменилась, когда он умер.
Валерка уже стоял перед дверью в квартиру Игоря Саныча, как услышал два отчётливых сердцебиения по ту сторону двери. За три года Валерка запомнил, как бьётся сердце друга: на каждую тысячу ударов приходилось одно холостое сокращение, экстрасистола, как объяснила ему учительница биологии, когда он подошёл к ней с вопросом о пропущенных ударах сердца. Второе сердце в квартире билось иначе: экстрасистолы встречались значительно чаще, а само сердце безумно колотилось.
Он тихо постучал, чтобы не напугать гостя. Внутри заметно засуетились. Оба сердце вконец обезумели, будто их владельцы пробежали два километра на спартакиаде. Дверь приоткрылась, и на лестничную площадку полетели брызги прозрачной жидкости. Валерка ловко увернулся и укрылся в углублении стены, но пара капель осела на кожу тыльной стороны ладоней, мальчик почувствовал покалывание, а на руке появились мелкие, еле заметные, красные пятна, напоминавшие крапивницу. Святая вода, подумал Валерка.
– Игорь Саныч, тут только я, Валерка, – раздался голос из-за угла, и водный поток прекратился.
Игорь выглянул, отыскал глазами мальчика и пригласил внутрь.
Валерка пытался уловить настроение друга, понять, простил ли он ужасный поступок мальчика, но Игорь Саныч мучительно долго молчал, пока они заходили в квартиру. На диване расположилась Вероника Генриховна, которую Валерка совершенно не ожидал здесь увидеть в столь поздний час, но видеть обоих молодых людей поистине счастливыми было радостно. Подобная лёгкость в Игоре Саныче, да и его подруге не проявлялась годами, с тех самых вечеров у Рейки. Оставалось лишь узнать, что произошло за то время, пока дети прятались в глуши, и они рассказали, обменялись историями.
– Так что с этим триумвиратом? У Киры идеи есть? – задумчиво спросил Игорь.
– Она собирается поехать одна в «Буревестник», чтобы покопаться в бумагах Иеронова. Нельзя бросать её.
Игорь обернулся на мирно сидевшую Нику и прокрутил в голове, что ей пришлось пережить за последние дни: стратилат, Плоткин, психушка. Решительно нельзя было заставлять её ехать в лагерь, чтобы не напоминать о другой стороне её жизни.
– Никто с ней не поедет, мы не можем, – твёрдо сказал Игорь.
Валерка на минуту опешил. Девушка выручала их в сложные времена и никогда не отказывала, а они отплатили ей если не предательством, то неблагодарностью.
– За всех ты решать не можешь! Ты нашёл своё счастье, – Валерка указал на Веронику Генриховну, – а другие пусть страдают, мучатся и умирают. Мы справимся сами. Ни на что не способные дети, которые не боятся рискнуть ради других. А ты наслаждайся своим раем.
Щёки Игоря загорелись, ему было ужасно стыдно, что в глазах друга он проявил слабость. Валерка снова брал на себя роль сознательного взрослого, готового принимать сложные решения.
– Мы поедем все вместе, – донёсся голос Вероники с дивана. – Каждый из нас связан с этой историей не меньше, чем все остальные. Едут все.
Игорь уже перебирал в голове аргументы, чтобы отговорить девушку, но непреклонный взгляд Ники убедил его, что любые доводы рассудка бессмысленны, решение принято, обратного пути нет. Либо примирись, либо жалей до конца жизни, в которой не будет никого из нас, говорил этот взгляд.
Спустя потоки лжи и бесконечные уговоров родителей, десятки минут пререканий и взаимных разочарований вся компания собралась под окнами квартиры Киры. Игорь напряжённо сжимал руку Ники, предвкушая непростое приключение для них обоих. Лёва нервно поглядывал на собравшихся, совершенно не ожидая ничего хорошего от новой совместной поездки. Соня равнодушно изучала дверь подъезда, надеясь побыстрее отделаться от всех и отправиться на поиски брата, которого она не обнаружила ни в обкоме, ни дома, а Вероника Генриховна старательно увиливала от вопроса, где может находиться её муж. Ответ про неожиданную командировку не удовлетворил девочку, сердце подсказывало, что происходило нечто ещё, и Соня решила, доверившись чутью, отправиться в путь с женой брата, чтобы выведать какие-нибудь подробности. Валерку трясло от предвкушения и ожидания одновременно и хорошего, и плохого. Отправляясь в место, где жизнь изменилась полностью, можно найти как ответы, так и потерять последнюю надежду. Анастасийка пристроилась рядом и обвила пальцами предплечье Валерки.