Когда они вошли в однокомнатную простоватую квартиру, Игорь вздохнул с облегчением: ещё одного замка в стиле князя тьмы или предводителя ведьм он бы не выдержал. Женя сходил на кухню за стулом и приставил его к потрёпанному полосатому дивану.
– Диван маловат для двоих, – пояснил он, но Игорь, смерив взглядом мебель, решил, что хозяин квартиры чувствует себя неуютно.
– Так что же ты такое? – спросил Игорь, располагаясь на диване.
Женя положил руки на спинку стула, но садиться не стал.
– Оборотень, – коротко заметил он.
Игорь вознёс руки к небесам и закатил глаза.
– Мы будто играем в лото «Собери ряд разнообразных чудовищ». Бьюсь об заклад, я победил, – сокрушался Игорь.
Женя понимающе улыбнулся и расположился перед ним на стуле.
– Кира просила за вами приглядеть, пока её нет. Вот я и приглядел, – самодовольно заметил парень.
Игорь немного смутился. Девушка в который раз выручала его, чем заслужила не только уважение, но и дружеское доверие. Он же для неё не сделал ровным счётом ничего.
– А как… Откуда берутся оборотни? Что-то похожее на стратилатов с их иерархической структурой? – полюбопытствовал Игорь.
Женя отвёл взгляд. Видно было, что подобная тема его задевает, но он всё-таки ответил.
– Нет, оборотнем чаще рождаются. Рождаются чудовищем. Неудержимой силой. Без контроля. Без ограничений.
– Как такое возможно? Своего рода проклятье? – не унимался Игорь.
– Кто-то говорит, что оборотни рождаются просто так, по велению звёзд. Кто-то считает, что больше всего оборотней появляется после каких-то глобальных потрясений. А кто-то не пытается понять смысл такого поворота колеса. Кира, должно быть, рассказывала про сансару?
– Вскользь упоминала, мне подробно не рассказывала.
– Оборотень – одна из худших судеб колеса. В прошлой жизни мы натворили нечто по-настоящему ужасное, от чего не отмыться, – тяжело заключил Женя. – Иногда в оборотней обращаются, как муж Киры, Марк. Честно говоря, не знаю, чем он такое заслужил. Похоже, чисто случайный укус.
Повисла пауза. Игорь не осмеливался дальше расспрашивать, а Женя не желал больше рассказывать.
– Вы этого не заслужили, – наконец заговорил Игорь.
– Ха, говорит человек, который хотел остаться в камере, – язвительно заметил Женя.
– Ты прав. Но себя я простить никак не могу. Даже зная мотивы и вес собственного вклада в произошедшее. А ты для меня чист и невинен. Я тебя не знаю, но верю, что ты лучше меня, – с горечью в голосе сказал Игорь.
Женя изменился в лице, приобретая дружеские черты.
– Эй, если можешь простить кого-то другого, то надо уметь прощать и себя, – мягко произнёс он. – Я уверен, у тебя были свои причины, и я знаю, что ты страдаешь. Если не можешь простить себя, то сделай всё возможное, чтобы этого добиться.
– Ты знаешь, как зовут сестру Плоткина? – спросил Игорь, давя в себе жгучее желание к самобичеванию и саморазрушению.
– Да, Соня Шилова, покажу, где живёт, – ответил Женя.
Игоря передёрнуло. Всё это время она находилась рядом, слушала, наблюдала, спрашивала про брата, но никто не говорил ей правду. Каждый то и дело оскорблял, ругал и словесно уничтожал дорогого ей человека. Игорь не только был виновен в гибели Плоткина, но убил и надежду в невинном ребёнке.
– Я сам к ней схожу, но сначала поговорю с другом.
Ника проснулась от неприятного звука дверного звонка, к которому к тому же добавлялся нетерпеливый стук в дверь. Она проспала намного больше часов, чем требовалось обычному человеку, но и она оказалась в необычных обстоятельствах и знала незаурядных людей.
Спустив босые ноги на паркет, Ника направилась к двери, за которой ждал раскрасневшийся Игорь, по-видимому, преодолевший изрядное расстояние за короткий срок. Он влетел в квартиру и захлопнул дверь изнутри.
— Ты знала, что у Плоткина была сестра? — практически кричал Игорь. — Ты знала?
Ника отшатнулась и едва удержалась на ногах.
— Нет, не имела понятия, — с опаской ответила девушка. — Что случилось? Что-то не так?
Игорь побагровел и больно схватил Нику за плечи.
— Я сделал всё, чтобы тебя защитить. Плоткин мёртв, потому что держал тебя в заложниках, — возбуждённо продолжал Игорь.
— Я думала, ты спасал детей, которые сидели в подземелье по воле Плоткина. Всё, что ты сделал сам, — твоя зона ответственности, — отрезала Вероника.
— Если бы Плоткин не погиб на том пруду, ты бы осталась в психушке навсегда!
— Ты этого не знаешь. Я благодарна тебе за спасение и я тебя люблю. Все эти годы любила. Но никто из нас не был должен другому убийство человека, стоявшего у нас на пути, — заключила Ника.