Соня опёрлась на дверной косяк, и тот в ответ неприятно скрипнул. Мужчина обернулся. На суровом лице проступили морщины, а глаза остановились точно на Соне. Он подступил к ней ближе, подхватил и усадил на стул, а затем опустился рядом на колени.
– Соня, кто это был? Я должен знать. Капитан Сеин передал мне, что ты обвинила некого Игоря Корзухина, соседа Саши по комнате в лагере. История трёхгодичной давности. Всё это слишком подозрительно, Соня. Скажи мне правду! – взмолился он. – Это из-за нового проекта, над которым работал Саша? Как же он его назвал? Буревестник! Да? Конкурент? Секретарша? Премерзкие женщины. Может, кто-то ещё из коллег? – на секунду он замолчал. – Откуда тебе вообще знать? Вы разве общались? Кажется, мы уже много лет не устраиваем семейные вечера. И не устроим из-за мерзавца, что утопил Сашу. Так кто это?
Мужчина прижался к Соне и сдавил руками её колени. Девочка зажмурилась и стиснула зубы от боли. Мужчина отдёрнул руки и вновь поднялся на ноги. Он не сводил взгляд с Сони, ожидая ответа.
– Пап, ты прав. Мы не виделись, не общались и ничего друг о друге не знали. Я соврала милиции, чтобы за его убийство хоть кто-то сел. Ничего правдивого я не сказала, – выдавила Соня.
– Да как ты могла! Я приехал, чтобы наказать виновного. Бросил всё, а ты говоришь, что соврала, – прорычал мужчина.
– Но ты бы и так приехал. Похороны, следствие, разве нет? Или ты только хотел наказать убийцу? Может, Саша сам утопился? – недовольно парировала Соня.
– Это был бы позор для нашей семьи. Никаких утопленников. Найдём виновного и накажем. Строго. Сурово. Бесчеловечно, – ответил мужчина и отошёл к окну, повторяя проклятья для гипотетического убийцы.
Соня воспользовалась минутой и вылетела из кухни. Проскользнув мимо бабушки и избежав вопросов, она нырнула в свою комнату и, рухнув на кровать, позволила себе заплакать в полную силу.
Глава 36
Валерка расхаживал взад и вперёд, недоуменно поглядывая на неподвижно стоявший триумвират стратилатов, на угрозу, которую его послали уничтожить, и не понимал, кому из незнакомых мистических существ он готов безоговорочно довериться.
Тишину прервал Лах.
— Немного уточню то, о чём прежде сказал, — начал он и откашлялся перед продолжением своей речи. — У стратилатов принято делить территорию между сородичами. Прежде Куйбышев и прилегающие территории были отданы на попечение Иеронова Серпа Ивановича вне зависимости от того, что мы не ладили. Раз уж ты его преемник, город отошёл тебе как бы автоматически. Клянусь тебе, никто не сунется туда без твоего разрешения. Даже самый неопытный и молодой из нас.
— Но ведь есть же независимые стратилаты, как я, которые не имеют отношения к вашему триумвирату. Некто подобный мог оказаться случайно в городе? — спросил Валерка.
— Совершенно исключено! Старые стратилаты обязаны рассказывать преемникам о правилах. А если кто-то всё-таки рискнул и нарушил границы, то никаких судебных разбирательств не будет. Ни отговорок, ни свидетелей, ни защиты. Серп не сказал тебе ничего только потому, что был тем ещё дураком. Решил напоследок оставить нам сюрприз, — огрызнулся Клот.
Валерка устало прикрыл лицо руками. С Иеронова могло статься. Особенно с учётом того, как они расстались перед Последним костром.
— Но есть некоторое условие, которое выполняют все стратилаты, вступившие в должность, так сказать. После первой кормёжки новенькие приводят свою первую жертву триумвирату, дабы доказать свои права на территорию, — добавил Лах, немного поморщившись от неловкости. — Мы не беспокоили тебя, Валерий, все эти три года, поскольку ты не позволял себе питаться в классическом понимании этого слова, но недавно…
— Как вы узнали? — вскрикнул Валерка.
— Тушкам не запрещается проходить на чужую территорию. Мы следим за всеми. Работа такая, — усмехнулся Клот.
— Вы хотите, чтобы я привёл родителей вам на съедение, так получается? — проскрипел Валерка, сжимая кулаки.
Двое из трёх кивнули. Троп по-прежнему избегал всего, что происходило в реальном мире, и изредка издавал невнятные звуки.
В глубине леса затрещали ветки, и Валерка с двумя стратилатами синхронно повернулись на звук. Между стволов то и дело мелькал слабый огонёк, а рядом неуклюже брели две фигуры.