Но долго медлить было нельзя.
- Знаете, что мне кажется самым странным? - сказал я, когда мы вновь набрали скорость. - Почему эта ворона не прилетела сама к нам? С чего это мы должны за ней охотиться?
- Ну, во-первых, стоит поблагодарить Бога, что не она к нам, а мы к ней, - ответил Берт. - Бой с демоном в условиях города — это, я вам скажу, та еще история. А во-вторых, это мы едем мстить. Счет пока в ее пользу. Наш род и так уже пропустил два удара — Лешка и дядя Карл. По правилам вендетты следующий ход за нами. И нужно, чтобы он был максимально точным и эффективным.
- Но по законам кровной мести роды не имеют права привлекать другие роды для войны, - сказал я. - Мы, получается, нарушаем?
- Ну, эти правила весьма размыты и трактуются так, как выгодно враждующим, - пожал плечами Штольц. - К слову, ворона уже нарушила их, когда привлекла на свою сторону Бегемота. Так что... Да и потом, сегодня мы разные роды, а завтра не разные.
- Берт! - шикнул я.
- А что? Всякое бывает, когда любовь.
С дивана послышался смущенный смешок Весны.
- Я старый и мудрый, - голосом, пародирующим Гэндальфа, сказал Берт. - И всякое видел на своем веку. Но ни слова больше!
- Весна, Берт, у меня в запасе есть три сэндвича с копченой индейкой, - сказал я, быстро переводя разговор. - Сам делал. Не пора ли нам подкрепиться?
- Чего же вы молчали, что у вас копченая индейка есть? - с деланным негодованием воскликнул Штольц. - Давайте сюда, скорее! Я надеюсь, сэндвичи с рукколой и кунжутным соусом?
- Э... нет, - смутившись, ответил я. - С соусом карбонара и салатом айсберг.
- Фу, вот поживешь с вами, и научишься есть всякую гадость. Давайте!
- Я тоже с удовольствием, - сказала Весна.
Вот как-то так мы и ехали. Менялись темы разговоров, менялось настроение. И когда стрелка часов приблизилась к двум пополудни, заснеженная дорога привела нас в самое глухое захолустье, которое только можно было себе представить.
- Залесье, - сказал Берт, сбрасывая скорость. - Некогда цветущий поселок. Свиноводческая ферма, мясокомбинат, река и лесные угодья. Что еще надо? А теперь полюбуйтесь. Пустыри и разруха. От силы три дома, в которых доживают свой век дряхлые старухи.
- Так грустно, - отозвалась Весна. - Раньше я радовалась, когда мы приезжали сюда.
- А теперь, я полагаю, мы будем радоваться, уезжая отсюда, - вздохнул я.
- И то если получится, - тоскливо сказал Берт. - Очень надеюсь, что мы окажемся сильнее.
Машина остановилась перед высокой кирпичной аркой, за которой белым квадратом расстилалась площадь, по периметру обсаженная длинными темными елями.
- Не туда, - сказала Весна. - К кладбищу надо ехать.
- Туда зимой и танк не проедет, - ответил Берт.
- А здесь ты будешь ждать до пенсии.
- Не знаю, права ли ты, но давай попробуем. Хоть я и предупреждал тебя насчет самодеятельности.
Дорогой, который мы поехали, пользовались очень редко. Колеи были глубоко занесены снегом, и машина пробиралась по ним с большим трудом. Надо отдать должное Берту, ехал он очень профессионально.
- Не иначе, кого-то хоронили недавно, - произнес он, вглядываясь в заснеженный путь. - Грузовик шел, на наше счастье.
- А здесь, я так поняла, ничем другим больше и не занимаются, - очень грустным голосом сказала Весна. - Вымирает Залесье.
- Как бы и нам здесь не вымереть.
- Да ну вас, Берт! Я в вас верю.
- Только вера и остается. Ладно, вот кладбищенские ворота. Дальше я не поеду, хоть жарьте меня, как устрицу.
Не успели мы остановиться, как на окружающие нас сосны слетелась с громким карканьем стая ворон. Снег полетел с веток, создавая впечатление метели. Берт ухмыльнулся и вышел из машины.
- Так, - сказал он громко и уверенно. - Виктор, вам сейчас предстоит намазать вашу атласную ленту клеем и разложить полученную заготовку в виде пятиконечной звезды, обратив голову ее на восток. Излишки, если получатся, срежете. Весна, где мои книги? Спасибо. Пожалуйста, подсоедини вот эти провода к патронам, которые даст тебе Виктор. А я настрою модуляторы.
Так вот оно что! Постепенно картина предстоящей битвы стала проявляться в моей голове. Мы с Весной бросились выполнять поручения профессора, а сам он сначала покопался в багажнике, а потом снова сел за руль и принялся щелкать каким-то переключателями. Я наблюдал за ним. По мере того, как на панелях загорались одна за одной зеленые лампочки, в воздухе вокруг нарастало какое-то непонятное и жуткое давление. Вороны закаркали громче.