— Редукто! Редукто! Редукто! Редукто! – молниеносно обрушила она четыре удара на ворота.
Сдернула безразмерный мешочек с пояса, вываливая наружу содержимое – стволы деревьев, облитых горючими жидкостями. На стенах уже бежали, целились в нее, одна стрела клюнула в плечо, но не пробила зачарованной одежды.
— Инсендио! – взмахнула палочкой Айлин и немедленно аппарировала прочь.
Огонь вспыхнул до небес, выглянувший со стены ученик мага отшатнулся, не успел ударить заклинанием. Разумеется, можно было аппарировать внутрь, обрушиться всей силой, но здесь была иная задумка. Ворота пылали, уже тащили бочки и котлы, лили воду, ученики и сам Хосреф высовывались, обрушивали мощь магии.
— Акцио жезлы магов!
Разумеется, Айлин не слышала заклинания, но знала, что так и будет. Подруги, укрытые мантиями-невидимками, лежали в засаде неподалеку от ворот, выжидая именно этого момента. Возможно, кто-то еще использовал Экспеллиармус, в любом случае, маг и его ученики лишились жезлов, а стало быть, и магической мощи.
— Выпускайте птиц! – крикнула Айлин.
Следовало прикрыть отход подруг и посеять еще паники. Пускай на них и были зачарованные одежды, но мало ли? Два огромных ястреба устремились вперед, полетели их перья, способные проткнуть камень и сталь. В Смертельной Пуще так они охотились на дичь и других птиц, теперь же их перья протыкали тела собравшихся на стенах – в первую очередь лучников, забравшихся как можно выше.
Не так уж и велик был урон, но паника вспыхнула не хуже бревен, принесенных Айлин. Создания Смертельной Пущи и невозможность отразить их атаки, слишком уж быстро носились Железноперые Ястребы. Будь обитатели замка в состоянии соображать, то поняли бы, что перьев у птиц не хватит на них всех, но… паника.
— Обстрел, – дала отмашку Айлин, убедившись, что подруги с жезлами магов успешно отступили.
— Ялла!
— Ялла!
Островитянки, нахлестывая лошадей, вылетели из леска с диким визгом. Как и полагалось, пространство вокруг замка было расчищено на два полета стрелы и это давало пространство для маневров конницы. Были обустроены тут и ловушки, и замаскированные канавы, но со всем этим Айлин с подругами разобралась в ночи, незаметно для обитателей замка.
— Халабья!
Прямо на скаку ялла натягивали луки и стреляли. Не слишком прицельно, но застывшим на верхушке стены стражникам хватало – слишком уж зачарованно они пялились на открытые лица и нарочито обнаженную правую грудь островитянок.
— Основное войско!
Бум! Бум! Бум! Нарочито печатая шаг, из леса двинулась тысяча женщин. Топая ногами, гремя оружием, демонстрируя строй и выучку (их было недостаточно, чтобы взять замок, но обитатели Хосрефа не знали того), и среди них вышагивало несколько могучих обитателей Смертельной Пущи. Идея Айлин – каждой волшебнице по прирученному созданию из Пущи – медленно, но верно реализовывалась.
Разумеется, не в формате подчинения, как у магов-мужчин, скорее нечто фамильяров – побратимов, поэтому все шло медленно (опять было не обойтись без леди Арианы), но зато выходило все лучше и надежнее.
— Приготовить…
— Не надо, они сдаются, – указала кивком головы Сулима.
На башнях взвивались черные флаги, в знак сдачи.
— Это может быть ловушка, соблюдайте осторожность, – чуть поджала губы Айлин.
Замок Хосрефа и город неподалеку, Аттаппа, были очень важны и открывали, в сущности путь к столице Кравии. Конечно, все было не так просто, но сейчас важнее было создать видимость угрозы и расширить область волшебниц на север.
— Они убивают женщин! – выкрикнула наблюдательница.
— Проклятье! Уроды! Приготовьтесь, портключ два! – закричала Айлин.
Стены были в пределах видимости, но сколько она могла унести?! Ее волшебные силы были все еще слишком слабыми, по сравнению с леди Арианой, но к счастью, у них имелся выход. Икана и Гюльды уже схватили ее за плечи и Айлин аппарировала на гребень стены, немедленно швыряя под ноги портключ номер два.
В нее ударили стрелы, отбросили, демонстрируя, что сдача и убийство женщин были продуманы заранее, производились как раз затем, чтобы заманить их сюда.
— Убить эту шлюху!
— Протего Максима! – прорычала Айлин сквозь зубы.
Эта привычка постоянно именовать ее шлюхой бесила неимоверно. Подруги уже разили заклинаниями из под-мантий невидимок, а сама Айлин аппарировала вперед, за спины лучников.
— Редукто!
Взорвавшийся лучник обдал всех своими кишками и сбил прицеливание.
— Диффиндо!
Ученик мага упал с перерезанным горлом. Самого Хосрефа нигде не было видно и Айлин знала, куда он помчался. В алтарную комнату, хватать новые жезлы, приносить жертвы, молить Отца о милости и защите. Она аппарировала в воздух, вывалила еще несколько бревен и тут же аппарировала вниз.
— Акцио бревна!
И стволы смели мечников и лучников, придавили еще одного ученика мага.
— Акцио копья!
Гвардейцы во главе с Сулимой уже наводняли гребень, хватали летящие в них копья.
— Акцио ворота!
Ворота вместе с горящими бревнами ворвались во двор, затрудняя действия коннице. Айлин уже аппарировала в самую гущу тех, кто резал женщин, немедленно получила несколько ударов мечами, но зачарованная одежда выдержала.
Ярость переполняла ее и она убивала, убивала, убивала и трусливые палачи беззащитных женщин бежали. В раскрытые ворота вливалось женское войско, первыми ворвались ялла, расстреливая на скаку всех подряд. Волшебницы за их спинами поддерживали заклинаниями, одной рукой держась за самих ялла, и Айлин отметила, что надо бы расширить этот прием.
— Редукто!
Бежавшего на нее воина разорвало изнутри и Айлин, залитая кровью, аппарировала вперед, ухватила одного из бойцов.
— ГДЕ АЛТАРНАЯ КОМНАТА?! – взревела она.
Ответа не последовало, ее попробовали зарезать, но рядом уже оказалась Наима, сама зарезала ошалевшего паренька.
— Тем, кто убивал женщин – никакой пощады!
— Никакой пощады!! – ответил ей громкий хор голосов.
Как ни странно, подействовало, защитники замка начали кидать оружие, сдаваться. Их оглушали и тащили в сторону, для будущих судебных разбирательств. Пусть и по упрощенной процедуре, но все же суд, с женщинами замка в качестве основных свидетельниц. Относился хорошо? Живи дальше, трудись честно. Издевался, помыкал, насиловал? Получи по делам своим!
Часть калек вывозили на границы и отпускали, чтобы разносили вести.
— Госпожа, госпожа, я знаю, знаю, где алтарная!
Спасенные ей женщины рвались вперед, тянули руки, на лицах их была написана безумная надежда. Некоторые даже хватали оружие с убитых, неуклюже кидались вперед и падали убитые, потому что просто никогда не учились сражаться. Но некоторые выживали, били в спину бывшим мучителям и орали что-то яростно, и Айлин знала, что войско волшебниц вскоре пополнится новобранками.
Неумелыми, но яростными до битвы и желания научиться сражаться.
Это было правильно – свободу добывали кровью и в то же время неправильно, ведь женщинам нужно было дарить жизнь, а не смерть. Еще один повод обвинить мужчин, создавших такой безумный мир.
— Показывайте и быстро!
Они ворвались в замок, две подчиненные Наимы упали, получив копья и стрелы в грудь, Айлин во вспышке ярости разметала баррикады, убила воинов за ней. В спину укрывшимся ударили еще женщины, вооруженные вертелами, сковородками и скалками.
— Наима! – ткнула рукой Айлин.
— Фируза, Асема! – заорала та в ответ.
Две самые умелые ее подчиненные выдвинулись, прикрывая собой Айлин. Звенели сабли, громыхала магия, они мчались по коридорам и все равно не успели. Хосреф и два его ученика уже выходили из алтарной, крепко сжимая жезлы.
— Протего! – выкрикнула Айлин, ставя щит.
Он немедленно разлетелся под ударами чужих заклинаний, но она уже выиграла секунду, успела осмотреться и аппарировала за спины Хосрефа и его учеников. Взмах палочки и заклинание Таранталегра ударило в них, подкашивая ноги. Хосреф все равно успел, ударил заклинанием и Фируза взорвалась.