Она даже чуть повысила голос и стражницы тут же зашептались, начали кивать. Лицо Галии озарилось теплой улыбкой, младенцы уже успокоились и в груди Айлин разлилось теплое, как улыбка Галии, чувство. За этим они сражались, за этим не спали и колдовали, убивали и захватывали. Чтобы молодые матери не знали больше насилия, ни над собой, ни над детьми!
Айлин направилась к башне наставницы, краем глаза заметив какое-то движение.
— Что ты сказала?! – прозвучал такой знакомый, ненавистный и сладкий голос.
Ибтахаль вторгалась в сны Айлин, хотя она и не возвращалась в Замок Волшебниц, не будоражила себя новыми встречами. Наоборот, швыряла себя в дела и сражения, стремясь забыть. Тщетно стремясь. Айлин обернулась и на секунду потеряла дар речи.
Вспотевшая от упражнений рубаха, штаны из какой-то полупрозрачной ткани, почти не скрывавшие ничего, включая божественно прекрасные ноги. Изогнутые брови, сердитый взгляд прекрасных глаз и… палочка в руке. Учебный муляж. Ибтахаль стояла, уперев руки в бока.
— Вингардиум Левиоса! – донесся голос Зобейды.
— Фините, – небрежно отмахнулась Айлин, отбивая заклинание подруги.
Тренировавшиеся синхронно распахнули рты, им такое мастерство и не снилось. Да что там, инициации у них еще не было, а руках были лишь муляжи палочек, из сырого дерева, вдвое тяжелее настоящих волшебных палочек, чтобы руки тренировались.
— Ты смеешь проявлять ко мне жалость?! – воскликнула Ибтахаль возмущенно.
Айлин чуть не ударила заклинанием, собралась объяснить, но затем остановила сама себя. Ибтахаль беспокоилась об отце, вот и все, когда-то и сама Айлин ужасно переживала из-за одного только неудовольствия отца, Сандула Никета.
Видела ли принцесса настоящий мир, не его позолоченное отражение? Знала ли она, через что приходилось проходить женщинам? В конце концов, кто дал ей палочку? Айлин чуть повела палочкой и муляж вырвало из рук Ибтахаль, а ей самой запечатало уста.
— Достаточно безжалостно? – спросила она.
Ибтахаль метала молнии взором и Айлин опять ощутила, что тонет в этих бездонных черных глазах. Не помогли ни расстояние, ни усталость, ни сражения, ничего не помогло.
— Кто дал ей палочку? – спросила она Зобейду.
— Леди Ариана столкнулась с ней и побеседовала, потом сказала, что у принцессы есть магический дар. Принцесса Ибтахаль дала честное слово, что не сбежит, пока не станет волшебницей, и ее начали учить.
Голос Зобейды звучал слегка виновато.
— А когда станет, то сбежит? – спросила Айлин.
Ибтахаль мычала и вращала глазами. Айлин еще раз взмахнула палочкой и Ибтахаль унесло обратно в ряды тренирующихся. Силенцио с нее Айлин сняла, но принцесса молчала.
— Можно не допускать ее к инициации, – почесала в затылке Зобейда.
Айлин только закатила глаза и повела рукой.
— Продолжайте.
— Слава леди Айлин!!! – содрогнулся двор от мощного выкрика.
Айлин невольно ожидала повторения прошлых сцен, но леди Ариана занималась делами, а не любила Фаруха.
— Извините, наставница, – сказала Айлин виновато. – Мне следовало помогать вам.
— Разве ты бездельничала? – удивилась леди Ариана.
— Нет.
Айлин замялась, не зная, как начать рассказ о возникших на севере проблемах. Видно было, что леди Ариана не сидит без дела и ей вдруг стало стыдно отвлекать ее. Ну и что, что никто не умел сражаться так, как леди Ариана? Справились бы как-нибудь, а леди Ариана была занята более важным делом!
— Наставница…
— Принцессе требовалось занятие, она его получила.
— Но разве не обратит она волшебство против нас?
— С чего ты это взяла?
Айлин задумалась.
— Она очень агрессивно настроена и объявила, что будет нашим непримиримым врагом!
Леди Ариана только улыбнулась и ответила.
— Она сражается за Кравию, и ты сражаешься за Кравию, разве этого недостаточно?
— Это разные Кравии, – нахмурилась Айлин, обдумывая слова наставницы.
— Разве она тебе не понравилась?
— Откуда вы, – ошеломленно приоткрыла рот Айлин.
Леди Ариана улыбнулась устало и добродушно, словно была на сотню лет старше.
— Пламя любви и столкновение сердец, неужели ты думаешь, что это возможно, если ты будешь воевать и добывать свободу и при этом держать в плену ту, которую так любишь?
Айлин приоткрыла рот, похлопала им, словно рыба, вытащенная на берег и затем все же, собралась с силами и закрыла. Ей хотелось расплакаться, припасть к груди наставницы, а то и убежать с воем, но она взяла себя в руки.
— Извини, мне нужно закончить эту партию метел, инициация новой группы волшебниц уже вот-вот, они занимаются с утра до вечера и даже ночью, да ты наверное и сама их видела во дворе.
— Она будут очень кстати, – нахмурилась Айлин, – у нас большие проблемы на севере.
При этом невозможно было перебросить армию Утариха с юга, чтобы не потерять его.
— Нам нужна ваша помощь, леди Ариана.
— Хорошо, но вначале я все же хотела бы закончить с метлами.
— Конечно, извините, что побеспокоила.
Айлин поклонилась и вышла, и только в коридоре до нее дошло. Ноги подогнулись, она прислонилась к стене, чтобы не упасть, ощущая, как сердце выпрыгивает из груди. Во дворе! Значит и Ибтахаль будет в их числе, а значит она… она…
Стиснув зубы, Айлин оттолкнулась от стены, выпрямилась и отправилась к тому, кого не хотела видеть.
Айлин молча смотрела на Фаруха, тот смотрел в ответ. Пауза затягивалась.
— Я знаю, что вы не одобряете нашу любовь, – сказал наконец Фарух, но…
— А она есть? – перебила его Айлин. – Любовь?
— Конечно. Вы считаете меня настолько великим актером, способным обмануть леди Ариану?
Айлин прикусила язык, тут он был прав. Обмануть наставницу?! Невозможно!
— Ваши отношения начались… иначе, чем обычно.
— Разве не за это вы боретесь? – спросил Фарух. – За изменение жизни вокруг?
— И вы так просто смирились с этим?
— Леди Ариана открыла мне глаза.
Надо было прибить этого красавчика на месте, зло подумала Айлин. А еще лучше не спасать из той тюрьмы!
— Ваша сестра, кажется, не собирается смиряться.
— Ибтахаль всегда была… собственницей. Все, кто пытался навредить ее сестрам и братьям, воспринимались ей как враги и она мстила им, маленький демоненок. Поэтому она прибыла в Дакху против воли отца, собиралась объявить о том, кто она и спасти меня.
— Против воли отца? – переспросила Айлин.
— И духовенства и магической стражи, – развел руками Фарух. – Она же путешествовала без родственника мужского пола, да еще и собиралась освободить меня, то есть как бы помочь волшебницам.
— С ней были воины.
— Вы же видели Ибтахаль! Она просто показала им свое лицо и сразила наповал, они влюбились так, что не смогли отказать ей ни в чем.
Сам Фарух, как ни странно, смотрел на Айлин спокойно. То ли привык за время жизни в замке волшебниц, то ли и правда любил леди Ариану так, что видел только ее.
— Она поссорилась с отцом, собиралась спасти вас, но все равно считает меня врагом?!
— Конечно. Вы же собираетесь навредить ее семье.
Айлин подумала, что отупела от метаний от Кравии, ведь Фарух только что говорил об этом. Что же, это многое объясняло, а также открывало путь к сердцу Ибтахаль. Наверное. Обещать, что ее семья будет в порядке и воспользоваться этим? Фу-фу-фу! Она и без того не собиралась убивать кого-то, хотя и понимала, что король и его родственники – запал для будущих пожаров.
Но чего бояться будущих пожаров, когда они могут не пережить завтрашнего дня?
— А вас это не волнует?
— Я верю в леди Ариану и ее силу любви, – улыбнулся Фарух. – Уверен, она передала ее и своей первой ученице, Айлин Освободительнице.
Глаза Айлин чуть расширились. Сила любви, ну конечно!
====== Глава 25 ======
Снаружи доносился перестук барабанов, возвещая начало церемонии инициации будущих волшебниц. Согласно наставлениям леди Зобейды и прочих, во время церемонии следовало стремиться к всплеску эмоций, желанию доминировать над мужчинами, стремиться освободиться от их власти и установить свою. И в то же время любить их всем своим сердцем, потому что Мать-Магия и есть любовь.