— Ты хочешь сказать, что твоя мать не умерла?
— Нет, почему же, умерла.
— А твои братья?
— У меня две сестры, которых я ненавижу.
Не зная, что и думать, Джейми сел и схватился руками за голову. Лжет она на этот раз или говорит правду?
— Тогда зачем ты меня обманывала?
— Чтобы ты пожалел меня, чтобы ты не просто трахнул меня, а женился на мне и обеспечил мне начало карьеры. Я знала, что ты будешь мне полезен в этом, и я не ошиблась.
Потрясенный Джейми не сдержал невольный крик.
— Нет!
— Ты удивлен, правда? Однако если бы ты побеспокоился узнать меня получше, то удивился бы еще больше. Но ты слишком увлечен собой, чтобы интересоваться чьим-то внутренним миром. Тебе наплевать на всех, кроме себя самого, в этом ты так похож на свою чертову мамашу!
— Мика, это не так. Пожалуйста, замолчи! Ты ведь пожалеешь о том, что говоришь.
— Я замолчу. — Его жена поднялась на ноги. — Но замолчу потому, что мне больше нечего тебе сказать.
— Но если ты так ко мне относишься, почему ты продолжала жить со мной?
— Это меня устраивало. Дело в том, что мне нравится быть хозяйкой в Грантли.
— Мика, ты просто сука!
— Не большая, чем ты — ублюдок, — сказала она и, как всегда, изящной походкой подошла к двери. Там она секунду постояла, словно размышляя о чем-то.
— Вот что я тебе скажу, Джейми. Я заплачу за последнюю вечеринку, но только потому, что продукты поставляла одна моя подруга и я не хочу лишать ее честно заработанных денег. Но ничего более, ты понял?
— Спасибо, Мика, ты просто молодчина. Но тебе не кажется…
Как оказалось, он разговаривал сам с собой: дверь за Микой уже закрылась. Джейми почувствовал, что дрожит. Он подошел к подносу с выпивкой и налил себе большой бокал виски, который выпил одним глотком. По его спине пробежал холодок. Неужели между ними все кончено? Неужели Мика ушла от него?
Самое большое впечатление на него произвело то, как Мика разговаривала с ним: спокойно, не повышая голоса, не проявляя абсолютно никаких эмоций. Смысл сказанного ею начал просачиваться Джейми в кровь, отравляя ее, лишая его желания жить. «Но ведь она всегда разговаривала со мной так, — подумал он, наливая себе еще один бокал. — Неужели все эти годы я жил не с живой женщиной, а со своей мечтой?»
Глава 5
Уолт
1
Нью-Йорк, осень 1992
Уолт хорошо знал, что его странствия по свету с целью отыскать какое-то чудотворное лекарство тревожили бухгалтеров его фирмы и забавляли работников, считавших подобные поездки такими же бесполезными, как поиски Святого Грааля.
Но Уолт все равно считал, что они ошибаются. Он любил повторять, что если бы образованные люди прислушивались к рассказам знахарей, то пенициллин и многие другие средства были бы открыты на сотни лет раньше. Одно только уничтожение бразильского тропического леса стоило человечеству Бог знает скольких лекарств. Уолт знал, что время сейчас бежит слишком быстро, и если такие люди, как он, не станут вкладывать значительные деньги в исследования и эксперименты, то многие вещи будут безвозвратно утеряны.
Работники его компаний, если бы они меньше боялись своего шефа, наверняка согласились бы с таким замечанием, но при этом упрекнули бы его за то, что он тратит почти все свое время на поиски средств от облысения и импотенции. А он бы ответил на это, что компании, выпускающей такую продукцию, с головой хватало бы денег на исследования лекарств от всех прочих болезней.
Поездки Уолта так часто заканчивались ничем (кстати, тот же результат принес и последний вояж в Бомбей и Каир), что он сам задумывался над тем, стоит ли в следующий раз лететь через полмира только для того, чтобы встретить очередного шарлатана, пытающегося надуть его. Но он всегда знал, что стоит ему услышать об очередном чудо-средстве, как он тут же отправится в путь. Эти поиски стали для него чем-то вроде наркотика. Кроме того, таким образом он воздавал память дедушке.
Больше всего на свете Уолт жалел о том, что его дед прожил недостаточно, чтобы стать свидетелем нынешнего процветания его компании «Дабл-Ю-Си-Эф»: он не успел увидеть огромных полей с лекарственными растениями, многочисленных фабрик и лабораторий, оснащенных по последнему слову техники, всеамериканской аптечной сети… Сейчас на него работали тысячи человек, но в самом начале своего пути он был так занят, что ему хватало времени лишь на одно письмо деду в месяц, да и то это было скорее не письмо, а отчет. Теперь, когда дед был мертв, Уолт сожалел, что не посылал настоящих писем и редко навещал его. Он так и не побывал на могиле Дензила. «Как-нибудь надо будет вырвать время», — подумал он, вставляя ключи в дверь своей двухуровневой квартиры на Парк-Авеню.