Винтер и Джейми позволили уехать из города — при условии, что они оставят в полиции свой адрес. Уолта же задержали еще на один день унизительных расспросов.
Когда все трое наконец встретились вновь, у них была лишь одна тема для разговоров — Дитер.
— У меня это просто в голове не укладывается: ведь все должно было быть простым развлечением! И что в итоге? Этот бош попытался нас убить! — говорил Уолт, непонимающе покачивая своей большой головой.
— А Дитер ли это устроил? — спросила Винтер. — Я имею в виду: не могла ли машина просто загореться? Я несколько раз видела такое на автобанах.
— Могла, Винтер, могла, но загореться — не значит взорваться с таким грохотом. Нет, это точно была бомба: кто-то захотел кого-то убить, — мягко проговорил Джейми.
Несмотря на не по-зимнему светившее теплое солнышко, Винтер задрожала и, чтобы согреться, обхватила себя за плечи. Мужчины одновременно шагнули к ней, намереваясь обнять и успокоить, и тут же оба смущенно остановились и вернулись назад.
— Ну ладно, давайте перекусим что-нибудь: Винтер замерзла, — продемонстрировал заботу Уолт.
Они отыскали уютный теплый ресторанчик и, заказав три больших бокала «мартини», уселись за столик.
— Но кому это понадобилось? Мы так чудно проводили время… Как вы думаете, эта бомба стояла в машине все время, пока мы ехали в Фюссен? Наверное, мы могли в любой момент взлететь на воздух? — испуганно проговорила Винтер.
— Нет, думаю, за нами следили, — ответил Уолт. — Наверное, бомбу подложили, когда мы пошли обедать. Тот, кто это сделал, не знал, что с нами был мой водитель. Не скажу, что я многое знаю о том, как подкладывать взрывчатку, но сделать это, кажется, было довольно просто.
— Зато нам известен один человек, который на таких делах собаку съел, правда? Я имею в виду нашего дорогого друга Дитера. О, он не стал бы пачкать руки, делая это лично, но кто, если не торговец оружием, знает, как найти человека, способного подложить бомбу? — сказал Джейми.
Глаза Винтер стали круглыми.
— Дитер торгует оружием? Что ты хочешь сказать? Конечно же, он занимается этим законно? — спросила она, словно умоляя их развеять ее опасения.
Джейми медленно покачал головой.
— Как это ужасно! — воскликнула женщина. — Если не считать того, что он не любит англичан, он такой вежливый, милый человек!
Джейми расхохотался:
— Он уже во второй раз пытается нас убить, и ты все равно считаешь его милым человеком?
— И что же нам теперь делать? Мы позволим этому мерзавцу тевтону спокойно жить дальше или отплатим ему той же монетой? — спросил Уолт.
Винтер выпрямилась на стуле:
— Ушам своим не верю! Даже если он пытается нас убить, неужели мы будем делать то же самое? Да кто нам дал такое право? У меня складывается впечатление, что я очутилась в плохом кино, и моя роль мне совсем не нравится, — покачала она головой.
— Думаю, нам следует просто забыть о нем. Мы и так сообщили полиции вполне достаточно. Если мы еще и обвиним его в попытке убийства, это будет уже чересчур. Нет, предлагаю предоставить полицейским возможность самим все распугать, — спокойно произнес Джейми. — Я уверен, что он не станет делать этого еще раз.
— Винтер, ты не считаешь, что нам следует отказаться от этой игры? Может, ты хочешь, чтобы мы вернулись в Нью-Йорк? — поинтересовался Уолт.
— Нет, мы доведем дело до конца. Теперь мы просто обязаны опередить его, ведь так?
— Вот что я вам скажу: быть мишенью для злодея гораздо приятнее в кино, чем в жизни, — усмехнулся Джейми, и Винтер почувствовала, что готова расцеловать его за умение вовремя разрядить обстановку.
В ту ночь Джейми, не в силах заснуть, долго ворочался на постели. В конце концов он сдался: включил свет, налил себе выпить и в слабой надежде найти что-нибудь стоящее начал переключать телевизор с одного канала на другой. Мягкое порно он отверг сразу и в итоге остановился на документальном фильме. Закадровый текст диктор читал на немецком языке, так что Джейми не понимал, о чем речь, но съемки были очень хорошими: оператор с низко летящего самолета или вертолета снимал величественный тропический лес. Затем в кадре появилась деревня какого-то первобытного племени: оператора окружили невысокие люди с плоскими, широконосыми лицами, похожие на слугу Гатри.