— Ты понимаешь, что ты всего лишь ублюдок, который не слушается приказов?
— Нет, сэр, я только проявляю осмотрительность.
Когда, прибыв в роскошный отель, где он всегда останавливался, Уолт выяснил, что его любимый пентхауз кем-то занят, его раздражение лишь усилилось. И сколько он ни бушевал, сколько ни грозил, это ничего не дало — как оказалось, в номере поселилась голливудская актриса, известная своим дурным характером, и менеджер отеля знал, что, если попросить ее переселиться в другой номер, она лишь рассмеется ему в глаза.
— Поехали в «Карлтон», — наконец приказал Уолт шоферу.
Всю дорогу он мрачно разглядывал залитую дождем набережную. «И занесло же меня сюда в такую ночь!» — подумал он. Без сомнения, сегодня в Каннах нет никого, с кем можно было бы интересно провести время.
Служащие отеля «Карлтон» были чрезвычайно обрадованы неожиданному прибытию Уолта Филдинга — одного из богатейших в мире людей, который к тому же никогда не скупился на чаевые. Клиенты вроде Филдинга, если им нравилось пребывание в отеле, потом приезжали сюда каждый год и рекомендовали его своим друзьям и знакомым, так что их всегда ждал самый теплый прием.
Пройдя в свой «люкс» с окнами на Круазетт, Уолт потратил некоторое время на осмотр номера: проверил, комфортабельна ли кровать, посмотрел, достаточно ли велика ванная (а главное, хороши ли здесь полотенца), оценил чистоту помещения и кучу других одному ему известных деталей.
— Ладно, — наконец сказал он дежурному менеджеру, который все это время стоял в прихожей. Тот щелкнул пальцами, приглашая из коридора носильщиков с багажом Уолта. Вместе с ними вошли горничная и слуга — они должны были распаковать сумки. Принесли бутылку виски «Джек Дэниелз» — это был подарок от руководства отеля. Лишь когда Уолт уселся в кресло с бокалом виски со льдом в руке, он позволил себе улыбнуться.
— Отлично, — ко всеобщему облегчению произнес он. — Позвони баронессе Контейл, — обратился он к своей секретарше Бет Ловелл, уже много лет сопровождавшей его во всех поездках.
— Она должна быть в Париже, — ответила Бет.
— Я что, спрашиваю у тебя, где она? Просто позвони ей.
— В Канны или в Париж?
— О, Господи, я не знаю! Позвони ей, и все!
Но баронессы не было, ни по одному номеру — как не было и Сесилии Штерн, когда-то кинозвезды, а теперь первоклассной девушки по вызову. Отсутствовали и остальные женщины, с которыми попыталась связаться Бет.
— Позвонить в заведение мадам Бартелли? — спросила она.
— Я никогда не платил за это и не собираюсь впредь!
— Конечно, мистер Филдинг, — ответила Бет, позволив себе усмехнуться этой откровенной лжи. — Что еще я могу для вас сделать?
— Ничего! — резко выкрикнул Уолт.
Пока секретарша собирала свои записи, он рассматривал ее аккуратную фигурку.
— Наверное, мне следует уволить тебя и взять того, кто выполнял бы свою работу лучше.
— Прекрасная мысль, мистер Филдинг. Вам так будет намного проще. Так что, прощайте? — проговорила Бет, которая и была второй служащей, ничуть его не боявшейся.
— Дерзишь?
— Ну, что вы, мистер Филдинг. Я свободна на вечер?
— Сначала позвони в Каир и объясни, почему я задерживаюсь.
— Хорошо, мистер Филдинг. Я поужинаю у себя в номере.
— Да уж — ты ведь не думаешь, что можешь повсюду шляться за мой счет?
— Разумеется нет, мистер Филдинг. — Бет повернулась, чтобы уйти.
Когда она уже открывала дверь, Уолт произнес:
— Бет, извини, что я сорвался.
— Имеете на то полное право, мистер Филдинг. — Секретарша улыбнулась и вышла за дверь.
Она работала на него вот уже двенадцать лет и знала босса, наверное, лучше, чем кто бы то ни было. В последнее время Уолт был весьма вспыльчив, но о причинах этого состояния Бет не имела, ни малейшего представления. Однако следовало отдать ему должное — когда, как сейчас, причин для вспышки не было, он обязательно извинялся за свою грубость и всегда дополнял извинения небольшим презентом.
Наконец оставшись один, Уолт скинул туфли, расслабил пальцы ног и потер лодыжки. «Странно, — подумал он, — в последние годы после долгих перелетов у меня всегда появляется такое ощущение, будто ступни набухают, хотя раньше ничего подобного я не замечал». Поднявшись, он с виски в руках побрел в ванную. Душ или ванна? «Ванна, — решил он, — это позволит мне лучше расслабиться». Открыв граны, он разделся и бросил одежду на мраморный пол. Потянувшись, заметил свое отражение в трюмо. «Чертово пузо!» — пробормотал он и втянул живот, но это не помогло — живот все равно слегка выступал. Да и чего следовало ожидать при том образе жизни, который он ведет? Слишком много времени, проведенного за столом, слишком много лимузинов, слишком мало секса. Он бросил взгляд на свое лицо: оно никогда не было особенно красивым, но теперь, когда его возраст приближался к пятидесяти, грубые черты как-то смягчились по сравнению с молодыми годами. Пожалуй, это был единственный плюс от старения — ведь сколько Уолт ни старался, других он так и не отыскал. Вздохнув, он погрузился в заполнившуюся теплой водой гигантскую ванну. В каком-то смысле было даже хорошо, что сегодня ему не удалось заполучить ни одну женщину из тех, которых он желал. Зачем эта излишняя суета? Кстати, почему он старался связаться с какой-нибудь из своих старых подружек — наверное, все дело в привычке? Неужели он теряет интерес к сексу? «Да уж, старею», — подумал Уолт и с головой погрузился в теплую воду.