— Ну что ж, иногда ты был непослушным ребенком. — Мать тепло улыбнулась ему, и он решил, что либо у нее неладно с головой, либо же только что свершилось самое крупное предательство.
Первое время Уолт воспринимал перемену, происшедшую с его отцом, с подозрением — он был уверен, что долго это не продлится. Но каждый раз, возвращаясь домой, он попадал в счастливую семью и видел всем довольную мать. Как и обещалось, за ванной комнатой последовала кухня. Единственное, что расстроило родителей Уолта — не его самого, — так это пришедшее через пару месяцев после новости о беременности матери известие: у нее в очередной раз случился выкидыш. Письмо, сообщившее Уолту об этом, было все залито слезами. Но он совсем не интересовался маленькими детьми и был вполне доволен тем, что является единственным ребенком в семье, так что эту новость он воспринял спокойно.
Теперь, когда Трудные времена были позади, Уолт увидел, как похож он на своего отца. В четырнадцать лет он уже был таким высоким, что стало понятно: мальчик вырастет настоящим гигантом. Как и отец, он не любил оставаться в четырех стенах, и они начали вместе охотиться и ловить рыбу. Он также замечал в себе некоторые отцовские качества: склонность к грубому юмору и шумливость. А еще он теперь понимал, что острый ум, отсутствовавший у отца, он унаследовал от Розамунды и деда. В конце концов, он был сыном своих родителей!
Были времена, когда одна мысль о том, что он чем-то похож на Стива, наполняла Уолта ужасом. Но теперь все изменилось — к собственному удивлению, он почувствовал, что гордится своим популярным в округе здоровяком-отцом.
3
Орегон, 1961–1962
Когда Уолт приезжал из школы домой, он по-прежнему дружил только с Габби Хорнбимом. Дело было только в его желании, ибо он с легкостью мог заводить друзей всюду, куда попадал. Его нельзя было назвать красивым в общепринятом смысле этого слова, но в нем чувствовалась мужская сила, которую девушки, похоже, находили весьма привлекательной. Самой примечательной частью его лица были большие, честные, ясные глаза. Они были серыми, но имели свойство менять оттенок в зависимости от цвета его одежды, так что одни считали, что глаза у него голубые, другие — что зеленые, третьи — что серые. Девочки-подростки всегда бегали за ним, сам же он не проявлял к ним никакого интереса — откровенно говоря, они даже раздражали его. Другие мальчики могли завидовать его успеху у противоположного пола и его интеллекту, но они уважали его доблестные выступления в футбольной команде школы — о нем даже писала местная газета — и то, что он умел сочетать это с хорошими отметками. Более всего же они благоговели перед его внушительными габаритами.
В пятнадцать лет они с Габби время от времени встречались с девочками, но оба считали это напрасной тратой времени и, что главное, денег. Они воспринимали девушек как довольно глупых созданий, и поддерживать беседу во время свидании было для них нелегкой задачей. К тому же Уолт постоянно сравнивал своих подружек с матерью и все время приходил к убеждению, что те не идут с ней ни в какое сравнение.
Габби был его другом еще и потому что много лет назад Уолт начал догадываться о том, что мальчика тоже избивает отец. А еще, как он узнал, Габби любил свою мать так же сильно, как он сам, и не считал, что это делает его маменькиным сынком. Когда Габби признался, что отец частенько поднимает на него руку, Уолт был рад выяснить, что он не один такой на свете, и излил другу душу. В каком-то смысле положение Габби было еще хуже. Как-то Уолт принял решение, что, если избиения возобновятся, он обратится к властям. А кто был представителем власти в их городке? Помощник окружного шерифа. Но к кому мог обратиться Габби и кто поверил бы ему? Габби до сих пор нс сбежал из дому лишь по одной причине — из-за матери. Он подозревал, что, если лишит отца возможности срывать на нем свою злость, тот может переключить внимание на жену и дочь. Сейчас Габби было пятнадцать, это был худой астматик с бледной кожей и рыжими волосами. Его все еще избивали, и он явно завидовал Уолту, ведь у того худшие времена остались позади.
Таким образом, в то время как прочие местные подростки развлекались как могли, ведя себя подобно оленям-самцам в период гона, Уолт и Габби предпочитали проводить время в компании друг друга, прогуливаясь по окрестностям или ведя бесконечные беседы в комнате одного из них. Они говорили о политике, о спорте, о музыке, о деньгах и о том, как они будут их зарабатывать. А еще они часами напролет разрабатывали идеальный план убийства отца Габби.