Оценки Джейми ухудшились, его состоянием стали интересоваться, ему предлагали помощь, но юноша ничего не слышал. Капитаны спортивных команд кричали на него, упрекали, умоляли вернуться — все было тщетно. Его начали предупреждать о возможных санкциях, но и это не подействовало.
Как-то в субботу Джейми ощутил, что больше не может терпеть, вышел за ворота школы и пошел прочь. Затем он сел в автобус до Лондона, там пересел на поезд, а на станции взял такси и поехал к Лу.
— Больше никогда этого не делай! — К его огромному огорчению, Лу явно разозлилась.
— Я думал, ты будешь рада.
— Мне не нравится, когда люди не предупреждают о своем приезде.
— И даже я?
— Особенно ты, — непонятно сказала Лу. — Ну да ладно, все равно ты уже здесь, — пожала она плечами. — Могло ведь быть и хуже.
В понедельник Джейми вернулся в школу. Он не хотел ехать — его заставила Лу. Само собой, на его отсутствие обратили внимание. Его наказали и в последний раз предупредили, что, если он еще раз совершит нечто подобное и если его оценки не улучшатся, его попросту выгонят. Юноша попытался взять себя в руки, а поскольку рождественские каникулы были уже близки, то это ему до некоторой степени удалось.
Вернувшись в Грантли, он, к своему крайнему разочарованию узнал, что Лу здесь нет — она уехала встречать Рождество со своей теткой. Больше всего юношу обидело то, что Лу не предупредила его об этом заранее. Ему оставили только короткую, сухую записку.
Казалось, каникулы будут безнадежно испорчены, но Джейми спас приезд дяди Фредерика и тети Джоан. До этого он встречался с младшим братом отца и его женой лишь пару раз, да и то так давно, что совсем не помнил их. Фред был профессиональным дипломатом и почти всю жизнь провел в дальних странах — еще много лет назад он решил, что чужбина намного лучше родины. Его жена была дочерью генерала, а потому с детства привыкла к кочевой жизни.
По поводу их приезда был устроен торжественный ужин. Джейми сидел за длинным столом и с изумлением думал о том, что такие разные люди, как его отец и дядя Фредерик, — родные братья. Отец, выпрямившись, сидел во главе стола, суровый, как всегда, — он был с ними, но словно бы отдельно. Дядя Фредерик, сидевший напротив Джейми, очень походил на брата внешне, но заметно отличался от него своим шармом и чувством юмора.
Джейми был очарован. Когда дядя шутил, он поглядывал на отца — тот не смеялся, зато, как видел юноша, тетя Джоан буквально покатывалась с хохота.
За эту неделю Джейми и его дядя сделались лучшими друзьями. В школе Джейми научился играть в покер, теперь же Фредерик обучил его игре в «девятку», бриджу, нардам.
— Но никогда даже не думай о рулетке, парень, — в рулетку играют только дураки.
Джейми также ближе познакомился с вином и бренди. Когда же дядя решил просветить его насчет секса, он про себя улыбнулся. Для приличия сделав вид, что сгорает от любопытства, юноша подумал, что Лу и без того научила его всему, что только возможно.
— Дядя, а почему ты оставил карьеру дипломата?
— Это она меня оставила, — расхохотался Фред. — Возникли две небольшие проблемы: во-первых, этот скандал из-за смуглянки с Суматры, во-вторых, несчастный случай с карточным долгом в Гонконге. Джейми, когда дело касается азартных игр, никогда не связывайся с китайцами — они слишком возбуждаются.
— А Джоан не возражала?
— Против чего — против девушки или против карт? — с озорным видом усмехнулся Фред. — Она немного огорчилась из-за того, какую сумму я спустил, но девушка? Это совсем не было проблемой. Послушай моего совета, Джейми, женись только на женщине из высшего общества, из семьи, где не было ни одного развода. Она будет считать своим долгом терпеть все, что ты творишь.
— Правда? — улыбнулся Джейми — он хорошо знал, на ком женится.
— А ты, Джейми, что ты собираешься делать после университета?
— Понятия не имею, дядя. Лучше всего ничего.
— Не надейся, что твой отец будет счастлив по этому поводу, парень. Подумай о том, чтобы стать дипломатом, это не такая уж плохая жизнь. Не делай того, что делал твой глупый дядя, и тогда ты далеко пойдешь.
Каникулы принесли только один неприятный момент — он возник, когда за ужином зашла речь о матери Джейми.
— Я сидела рядом с ней в лондонской парикмахерской. Разумеется, она меня не узнала — мы не виделись уже много лет, к тому же я была одета намного хуже, чем она, — простодушию сказала Джоан.