— Да, это Эвримен! — воскликнул Уолт. Поскольку Гатри очень нечасто появлялся в свете, да и то вращался в основном в кругу себе подобных, встретиться с ним было мечтой почти каждого. — Вы его знаете? — спросил он у своих сотрапезников.
— Ну, конечно же! — с улыбкой ответил Джейми. — Гатри, старина! — выкрикнул он. — Мы здесь!
— Грантли, мальчик мой! Как жизнь? — Гатри на своих ногах-колоссах приблизился к ним. — Я так по тебе скучаю. — С этими словами он запечатлел на макушке Джейми влажный поцелуй.
— Даже не знал, что вы… — проговорил Уолт. Вообще-то он отрицательно относился к гомосексуалистам, если, конечно, они не были суперзвездами.
— Это не то, что ты подумал, Уолт. Я был его подопечным в школе, ничего более, — усмехнулся Джейми.
— Подопечным?
— В английской школьной системе старшего ученика назначают опекуном младшего, и я частенько прислуживал этому типу, так ведь, Гатри?
— Старые добрые времена! Но он был крепким орешком, и некоторых услуг я от него так и не добился. — Гатри громко рассмеялся. Этот необычный пронзительный смех подходил скорее маленькой женщине, чем такому огромному мужчине, как он.
— Не хотел бы ты провести этот вечер в моей компании? — предложил Уолт. Что делать, этот гомосексуалист был настолько знаменит, что его пристрастия становились если не приемлемыми, то по крайней мере терпимыми.
— С радостью, парни, с радостью. Я боялся, что мне предстоит ужасная ночь, но все обернулось к лучшему. Как там твоя семья, Уолт?
— Все в порядке, Гатри, — с удивленным видом ответил американец: насколько ему было известно, Гатри ничего о нем не знал. Или он просто проявляет вежливость?
— Какое облегчение! Бедняга… — мило улыбнулся Гатри, и Джейми внимательно на него посмотрел — что за странная реакция на такой традиционный ответ? Что он задумал? Джейми, в отличие от Уолта и Дитера, уловил в словах Гатри легкий сарказм.
— А как ты, дорогой Дитер? — Гатри раскрыл объятия, при этом его плащ распахнулся. — У тебя сегодня что-нибудь взлетело на воздух? — добавил он резким голосом, который заметно контрастировал с его дружелюбной улыбкой.
— Прошу прощения? — напряженным тоном ответил Дитер.
— Я имею в виду самолеты. Наверное, сегодня они не летают? — Глаза Гатри искрились озорством. Джейми рассмеялся, и через некоторое время Дитер присоединился к нему «Судя по всему, это английский юмор», — сказал себе немец. Джейми же перевел взгляд с Гатри на Дитера и подумал: что же все-таки известно Эвримену?
— Ты что, живешь здесь в мертвый сезон? — спросил Уолт.
— Это единственное время, когда здесь можно жить — я не выношу всякую рвань, кроме того, зимой побережье обладает особым очарованием. А в Париже сейчас не протолкнуться. — При мысли об этом Гатри содрогнулся.
— Но, что ты здесь делаешь в такую ночь? Ведь ты должен сейчас сидеть у камина на своей вилле?
— Добрые люди сообщили мне, что вы все собрались здесь. У меня не оставалось другого выбора, кроме как прибыть и повидаться со старыми друзьями, а также, возможно, ближе познакомиться с новым. — Гатри наклонил голову в сторону Уолта, и тот подумал, насколько все же этот человек умеет быть очаровательным.
— Да неужели? — саркастически произнес Джейми, ибо Гатри был не из тех, кто способен пожертвовать своим комфортом ради такой мелочи. Джейми почуял, что за внезапным появлением Эвримена явно что-то скрывается, и эта догадка перешла в уверенность, когда он заметил, что Гатри заговорщицки подмигнул ему.
Вечер получился удачным — веселым и полезным. Гатри согласился вложить крупную сумму в фармацевтическую фабрику, недавно приобретенную Уолтом.
— Тот, кто работает над фаллосами, всегда может рассчитывать на мои деньги, — провозгласил он, повергнув всех остальных в оцепенение. Они предпочли сделать вид, что ничего не услышали.
Гатри также согласился как-нибудь принять участие в охоте на диких кабанов, которую иногда устраивал в своем имении Дитер, и уловил намек Джейми на то, что он может посмотреть его наследное поместье Ромни. Оба они знали, что Джейми намерен продать Ромни и что Гатри не прочь его купить, но поскольку разговор об этом тек настолько вяло и завуалировано, то даже Дитер с его прекрасным знанием английского не уловил содержащейся в нем информации. А еще все присутствующие были приглашены на бал, который Гатри собирался устроить под Новый год. Это весьма удивило их, но, разумеется, они тут же дали свое согласие.